Кодекс дуэлянта. Книга 3

— Конечно я буду ждать! — с охоткой согласился Босх, едва услышал имя Лисенка.

Я зашел в дом, вызвал маши. Объяснил суть вопроса. Потом, когда подошла Славия, попросил ее помочь с перемещением между мирами. Девушка охотно согласилась.

— Только давай без озорства!

Девушки направились к Босху. Я же позвонил Кривощекину. Он был единственным моим союзником, кому я мог доверять. И мне нужен был сейчас его совет. Глава рода ответил быстро. Я кратко рассказал ему о том, что хочу приобрести землю, находящуюся рядом с моим поместьем, сильно в подробности, не вдаваясь почему именно мне вдруг это захотелось.

— А ты уверен, что земля в городской собственности? — резонно спросил Кривощекин. — Давай сделаем так: я сейчас быстро пробью что и как, у меня как раз знакомый есть по земельным вопросам. И перезвоню тебе.

— Договорились.

Кривощекин перезвонил минут через пять, я даже не успел выпить соку. И судя по тону, с каким он меня вновь приветствовал, новости оказались не самые радостными.

— В общем, земля точно не государственная — есть хозяин.

— Кто? — удивился я, вспоминая, что в том месте нет никаких построек и выглядит она заброшено. Там как раз проходит короткая дорога до фермы.

— Ермак Валиев. Знаешь такого?

— Нет.

— Повезло тебе. Потому что человек это — вовсе и не человек. Инсектор.

— Твою мать! — только и смог вымолвить я. — Разве мы их всех не уничтожили?

— Он — одно из ответвлений общей семьи. Он и не совсем инсектор, вроде как в его крови только одна треть от инсекторовской сути.

Но это ничего не меняет. Он конечно уже знает про тебя и про то, что ты сделал с Авдеевым. Поэтому сам понимаешь, что договориться с ним будет невозможно. Но знаешь, что, Александр? Землю тебе эту нужно купить, потому что наверняка Валиев попытается как-то тебе насолить в отместку за инсекторов. Думаю, он уже что-то задумывает. Скользкий он тип.

— Так значит земля полностью принадлежит ему?

— Не совсем... — произнес Кривощекин. — Есть еще один совладелец. Точнее два.

— Что?!

— Землю купили сразу три человека.

И разделили право ее собственности на долевые проценты. Пятьдесят один процент — самый большой, контрольный, — принадлежит Валиеву. Еще тридцать — Вадиму Кузякину. Оставшееся — Алене Онищенко. Про Кузякина знаю, что он помощник Валиева, вроде даже работают они в одном офисе. А вот про Онищенко ничего не могу сказать — не знаю такую. Вот такие дела, Александр.

— Ладно, и за это спасибо, — произнес я. — Буду работать с тем, что есть.