Не власти ради, Империи для. Оперативная комбинация

Я залечу завтра! — С широкой улыбкой кивнула призрак, нырнув сквозь стену.

Офицер долго всматривался в дверь, ища следы защитных чар, но ничего не было, тогда штабс-капитан слегка надавил на потемневшее дерево — заперто. Сделав глубокий выдох Лермо́нт принялся ощупывать телекинезом. Незримые руки скользили по поверхности в поисках замка, это был весьма тяжёлый деревянный засов. Лермо́нт аккуратно надавил, сдвигая его в сторону, после чего очень тихо вошёл. Ползущая внутри темнота внутри отозвалась ощущением тяжёлого направленного взгляда.

Ярослав Иванович не спешил войти. В особенности, когда из плывущей тьмы показалось два ярких янтарных глаза. По спине прошёлся морозец.

— Кто пожаловал? — Голос Макдаффа был тяжёлым, низким, даже хриплым. Он говорил медленно, растягивая гласные. Его не было видно, лишь неясный силуэт немного выделялся на фоне. — Неужели я не запер двери?

— Господин Макдафф… — Ярослав начал судорожно подбирать выражения. Он ожидал застать собеседника спящим, чтобы удостовериться до конца.

Однако жизнь наложила коррективы. Рука потянулась по штанине вверх, туда, где покоилась родная кобура, пока вторая аккуратно опёрла трость о стену.

— Вы не вовремя, профессор. Мне не здоровится. — Голос очень напряг офицера, было в нём что-то неверное. Стараясь не думать о последствиях ошибки, вместо пистолета он вынул палочку и молча, аккуратно выводя движения, сумел-таки зажечь одно из простейших заклинаний — свет. Белый шарик сорвался с палочки и завис в центре комнаты, разогнав сгустившуюся темноту, которая создала из комнаты свой кокон.

— Я лишь на минуту. — Только вымолвил офицер, увидев Сэдрика сидящим на полу с прикрытыми глазами, облокотившегося спиной на кровать, с задранным левым рукавом. Рядом на полу лежали огромный стеклянный шприц и жгут, а вот правая рука профессора дёрнулась под подушку, а в лицо офицера теперь смотрели те самые огромные жёлтые глаза.

Волшебная палочка Ярослава Ивановича упала на пол в тот самый миг, когда правая рука, отпустившая её, метнулась к эфесу.

Инстинкты порой толкают нас на странные поступки, так и сейчас, вместо револьвера или заклинания, Лермо́нт выхватил старую шпагу, а затем элегантно шагнув, ухватив левой рукой середину клинка, упёр острие в ямочку под ключицей профессора.

— Не дёргайся! Проткну насквозь и даже на тебе не зарастёт! — яростно зашипел Лермо́нт, заглушая внутри себя привычный волнительный трепет. — Руку медленно из-под подушки.