Не власти ради, Империи для. Оперативная комбинация

Сильнее сердцем, тем стержнем, что толкал людей бросаться в атаку или, как сейчас, напороться грудью на острие. Именно это хотел сделать школьный учитель, однако — не успел. В оборотнях много звериного, но Сэдрик Макдафф явно никогда не был вожаком стаи. Слишком мягок, не нагл, цивилизован. Так оборотни зачастую решали, кто выше в иерархии стаи, даже на фронте. И также Ярослав Иванович попытался решить всё сейчас. Прямое давление силы. Подавление чужой воли. Источник качал магию по полной, стремясь подавить силу зверя в глазах Макдаффа.

Тот утробно зарычал, но он не мог оторвать глаз, зверь сопротивлялся из последних сил, а Лермо́нт давил, тяжело дыша, сгибая звериную волю волка.

И Сэдрик заплакал.

Они сидели обнявшись, как братья. Уставшие, изнеможденные, и Макдафф тараторил сквозь слёзы без умолку. Он рассказывал всё. О том, как юным чародеем скрывал свою суть, о том, как поддался вольнодумческим идеям и на старших курсах вошёл в ячейку ирландских революционеров, о том, как устал от двойной жизни… Показал злосчастное клеймо с черепом, змеёй и тростью-шиллейлой.

А Ярослав Иванович слушал. Слушал и улыбался.

Глава 15

Утро было тяжёлым. Восходящее солнце долбило в мозг и вызывало ненависть. Офицер в очередной раз пообещал себе проспать день в кабинете, хотя знал точно, что этому не суждено сбыться. Он всё же дошёл до комнаты госпожи Баскервиль.

Оба Мур были там и напоминали выжатые лимоны, что не удивительно, учитывая ночь, проведённую в репетиции чужой гибели.

— Здравствуйте, ваше благородие. Тётушки, к сожалению, сейчас нет. — Произнесла Иса, старательно выговаривая обращение по-русски. Взлохмаченные белые волосы, покрасневшее мокрое лицо и огромные тёмные синяки под глазами, говорили о том, что тётушкин наказ они выполняли честно.

Офицер удовлетворённо хмыкнул и закрыл за собой тяжёлую дверь.

— Здравствуйте, Ярослав Иванович. — Поздоровался следом Исак, глубоко кивнув головой. На удивление, он очень хорошо выговаривал имя учителя, хотя оно и слабо подходило местному говору.

Близнец выглядел также устало, белая рубашка пропиталась потом и липла к худощавому телу студента.

— Рад видеть вас, я знаю, что её нет. Зато у вас здесь есть некое средство, которое обладает сильным тонизирующим эффектом. Госпожа Баскервиль любезно позволила им воспользоваться.

— Да, я понял о чём вы, оно называется Бальзам Егерь. — Отозвался Исак. — Одну минуту, господин профессор.