Не власти ради, Империи для. Оперативная комбинация

— Привыкните, — тихо сказала Баскервиль и посмотрела на офицера, как показалось ему, слишком пристально, будто что-то хотела разглядеть. Затем она снова приветливо улыбнулась, несколько волосинок упали ей на лицо. — Пойдёмте, я вас провожу до вашей спальни. Сами вы ещё не найдёте дорогу. Здесь,— профессор подняла руку, указывая на замок, — тяжело ориентироваться по началу.

Несмотря на странную манеру разговора, Мортиша оказалась довольно любопытным собеседником. Иногда она отвечала охотно, со всеми подробностями, но порой даже бы сам чёрт сломил ногу, дабы разобрать замысловатую фразу.

Они шли неторопливо, однако Ярослав не слышал звука её шагов, что немного напрягало. Однако самым неожиданным стали лестницы, которые меняли направление сами по себе.

— Нам вниз, — тихо сказала Мортиша.

Люди на картинах двигались, многие уже спали или делали вид. Профессор, идя немного впереди, держала палочку и освещала им путь с помощью заклинания, которое Ярослав не расслышал. Он ещё немного удивлялся тому, насколько британцы усложнили применение магии.

Для них, как понял Лермо́нт, магия — это искусство в первую очередь, что было дико в понимании русского офицера. Как они тогда себя защищают? Пыльцу в глаза сыпят?

— Вам следует знать, что основатель этого факультета — Абрасакс Гронт — брал таких же, как он, хитрецов. Безупречных, к тому же, по крови, — заговорила Мортиша. Её голос эхом раздавался в пустых стенах. — Абрасаксы — гладкие, сильные и зачастую неправильно понимаемые. Несмотря на соперничество, все они — братья.

Да, они жестоки, в особенности с врагами, но они не идут по головам друг друга ради оценок, как те же Ченнойрцы. — Она остановилась и посмотрела на Ярослава через плечо. — А ещё они верят, что они — элита школы. Семена величия, — хмыкнув, Баскервиль направилась дальше. — Это так, к слову.

Спустившись, они прошли ещё немного. Лермо́нт оглядывался и сравнивал коридор с катакомбами, в которых было слишком чисто.

— Ваша комната. — Мортиша указала на дверь, которая, как показалась Ярославу, появилась внезапно.

— Благодарю.

— Не за что. Если что, днём меня можно отыскать в башне Оракула.

И ушла, оставив после себя ощущение недосказанности. «Странная женщина» — с этими мыслями Ярослав Иванович толкнул тугую дверь и вошёл в комнату, которая оказалась просторнее и уютнее, чем он ожидал. Камин, украшенный искусной резьбой, из которого доносилось приятное потрескивание дров, с потолка на цепях свисали зеленоватые лампы.