В плену грёз. Том 1.

Приходилось искать радость в том, что принца перманентно третировали, пусть и при помощи молчания, жестов и жеманства.

До вечера оставалось не долго, и гости стали объявляться в особняке. Людей принца, Бориса и Юрия внутрь не пустили, и они куковали у повозок во дворе. Охрану благополучия принцессы без тени сомнений взяла на себя Кони.

Глава 23. Загадки и утайки

Лино праздно валялся на перине, отдыхал. В голове раскачивалась петля. Почему-то именно это событие отложилось в памяти Молодого Бенедетти. Ни склеп-особняк, ни чопорный хозяин не произвели на него такого впечатления.

Лино вспомнил прошлый вечер. Беседа с пиратом и эфемерная незнакомка. Решил пройтись до кухни. Там его быстро завернули пара поварих со страшенной жабьей бабой во главе. Лино не очень вежливо попросили не шорохаться, и всучили курью ногу в качестве компенсации. Почти сразу Молодой Бенедетти заглотил птичью конечность и глазом не успел моргнуть, как очутился на пороге библиотеки.

Внутри было характерно сыро и многие корешки на полках исподволь наводопели.

Широкое окно, высотой в два этажа, должно было давать много света, но ему об этом забыли сказать, и в помещении царили прям-таки потёмки. Вид из него тоже был сомнительный. Задний двор не блистал и глаз не задерживал.

Проведя глазами по всем томикам, Молодой Бенедетти не обнаружил желания читать. Просто не хотелось. Разглядывая нижний ярус библиотеки, Лино увидел доспех, нависавший даже над Молодым Бенедетти, весь помутневший, но в задумке похоже блестящий.

В руках у него торчал острием вниз меч, громадный и видимо очень тяжёлый.

- Явно для декора – подумал Лино – таким орудовать просто невозможно. Человеку по крайней мере.

Поднимаясь на второй этаж Молодой Бенедетти приметил в окне две головы над жидкими от листопада кустами. Две девушки. Светлые локоны одной Лино узнал бы из тысячи, а вот силуэт второй явно был незнаком. Они мило беседовали, а слева и справа сильно ближе к кустам Лино определил пару других женских фигур. Если одна была точно Кони, то вторая… Строгое платье, на голове чепец – явно прислуга.

Глаза Молодого Бенедетти вновь принялись скакать по стенам и стеллажам. Почему-то невыносимо тошнило, то ли от запаха плесени, то ли от вновь настигших из-за Виктора воспоминаний из детства.

Наконец интерес Лино приковала стена с картинами. Много портретов. Семейных. От верха до низа и во всю длину и ширину стена смотрела лицами. Многие из них - живенькие, выведенные эльфийской краской.