В плену грёз. Том 1.

После общения с принцессой решим, что для неё лучше и говоришь ли ты правду – голубки немного напрягали Анну, отчего та, обхватив плечи, будто ежилась от холода – Я не Фидель, и обвинять тебя попусту не стану. Меня вгоняют в трясучку твои «не помню» и «не знаю». Но быть может ты и правда не имеешь того в памяти. Тем не менее, история помнит твои поступки, даже если ты их сам по какой-то причине нет. Чего же я от тебя, по большому счёту, хочу, так это того, чтобы ты не лез к девушке в душу, не становился для неё Большим братом.

Уповаю на то, что ты хоть сейчас ко мне прислушаешься. Ради, Всесоздателя…

Анна умолкла. Вид у неё был разбитый и потерянный, от пышавшей жизнью до собрания девушки осталось только тело, которое к тому же ей не принадлежало.

- Что ж вы заладили, дама, да дама. Для меня вы прелестная леди, не обделённая не только красотой, но и мудростью – расплывался в комплиментах Антон.

- Антон, как бы я не хотела упиваться вашими речами, я понимаю, что как двухтысячелетняя не могу называться леди, к тому же мои манеры, мягко говоря, далеки от эталонов.

Хоть земных, хоть местных.

- Вас послушай, мы с вами – старые сварливые старики, но ведь это не так. Надо брать пример с нашего общего друга – указал он на Александра – тут и там есть вещи, которые я предпочёл бы не помнить.

- Например – иезуитски впила Инесса серыми с легкой, словно нарост плесени, зеленью глаза в собеседника.

- Например, какой по счету ваш следующий день рождения – осклабился Антон – я вот совершенно не помню.

Тридцатый?

- Более неумелой попытки сделать ложь более правдоподобной, я не припомню. Однако, не скажу, что мне не понравилось.

- Рад стараться!

- Посмотрим, посмотрим. Есть одно дело, как раз под стать вам - загадочно сузила разрез глаз Инесса.

- Слушай, Саша – прорезала беседу Антона и Инессы кротким и, точно после ангины, неровным голосом Анна – Можешь мне сказать…

Александр не реагировал и просто смотрел на неё, кажется даже не моргая.

- Ничего – подняла она чужие глаза на Александра, заставляя его приковать своё внимание к бездонным жёлтым колодцам полным тоски и усталости – просто на секунду представила, что ты всё-таки знаешь, где Всесоздатель.

Просто мимолетная слабость, не обращай внимания – девушка выудила символ Церкви из-под платья и сжала его ладонью – Кроме веры у нас ничего не осталось. У меня не осталось. И покуда теплиться надежда, что он исполнит, то, чего я сокровенно вожделею в своём сердце, я буду работать.