Заново рожденный

Я напряженно пытался вспомнить, где уже слышал эту фамилию. Не тот ли передо мной легендарный Лев Колчин, самый молодой доктор магических искусств в истории государства, лично обучавший в свое время императора и сражавшийся на передовых в большинстве конфликтов последнего времени?

– А вот тебя я увидеть уже не ожидал. – Мужчина с кислой миной посмотрел на меня. От него пахло кофе и сигаретами. – Может, передумаешь, пока не поздно?

Столь бесцеремонная манера разговора преподавателя сбивала с толку. Однако ни мать, ни сестра, к моему удивлению, не выглядели смущенными или возмущенными подобным обращением.

– Да ну что вы. – Отчего-то профессор мне понравился. – Я многое жду от этого года.

– Это не вопрос был, а предложение. – Откинув со лба щедро сбрызнутые сединой волосы, Колчин легко мотнул головой. – Такими темпами тебя в любом случае выгонят до конца семестра.

– Он будет стараться, профессор.

– Очень в этом сомневаюсь, Лиза.

Я округлил в изумлении глаза. Сокращенными именами в высшем обществе пользовались либо в семье и среди близких, либо дабы унизить человека.

– Тренировалась на каникулах? – Покончив с сигаретой, мужчина щелчком отправил окурок в чугунную урну в десятке метров.

– Конечно, профессор. – Поразительно покладисто отозвалась Анна.

Да что здесь происходит? Кто этот человек?

– Ну это мы проверим, не сомневайся. Мать твоя была лучшей моей ученицей, не снижай планку. Не исключено, в скором будущем твои таланты тебе пригодятся.

– Что-то не так, профессор? Вы выглядите… уставшим. И озадаченным.

Колчин хмыкнул невесело и передернул плечами.

– Да в этом месте с его основания постоянно что-то не так. Эти мне перестройки и политические игрища…

Мужчина явно не против был от души выговориться, но вовремя себя оборвал. Сколь не популярным он человеком в академии являлся, не время и не место для откровенных выражений. Но, полагаю, профессор имел в виду действия нового ректора, графини Полины Львовы.

Колчин немного помолчал, покусывая губу, словно раздумывая над чем-то. И все же решился и заговорил.

– Наша славная ректор вам, разумеется, на приветственной речи об этом не скажет, но почти сразу после начала каникул возле административного здания обнаружили как рыба выпотрошенного человека.

Мать изящно изогнула бровь, Анна нахмурилась.