Заново рожденный

На этом занятии девушка не чувствовала себя не в своей тарелке, отвечала с энтузиазмом и вообще, кажется, хотя бы теорию предмета знала немногим хуже преподавателя. Возможно, сказывалась специализация Даши: она имела предрасположенность к манипуляции стихией земли.

После занятий я решил зайти в библиотеку и поискать более конкретную информацию об ужасном существе, которое с пугающим постоянством видел в кошмарах и даже иногда наяву.

Однако, оказавшись в храме знаний, совершенно позабыл, зачем пришел.

Библиотека была воистину колоссальна. Нет, бесконечна. Она состояла из четырех надземных этажей, каждый из которых делился на два, а то и три, яруса и множество секторов, и минимум одного подземного.

Книги были повсюду: только изданные и помнившие время, когда Христос ходил по Земле, огромные, весом с валун, и крохотные, не больше детской ладони. Исторические, художественные, магические, научные.

Библиотека в Императорской академии по праву считалась одной из крупнейших в мире.

В окружении бесконечных полок высотой под потолок я чувствовал себя жалким муравьем у стоп вечных титанов.

А запах… Этот ни с чем не сравнимый аромат старых кожаных переплетов и книжной пыли.

В первое свое посещение я так и не занялся, чем хотел, добрых полтора часа изучал планы библиотеки. Пусть терминалы для ориентации стояли в каждом секторе, заблудиться здесь было проще, чем плюнуть под ноги.

Напоследок, уже под закрытие, просто побродил по бесконечным залам, наслаждаясь неповторимой атмосферой храма знаний.

Сдается мне, я влюбился.

Первый полноценный учебный день удался на славу. Я был в неописуемом восторге. И с нетерпением ждал продолжения занятий. Но к вечеру действительно устал. Слишком много информации и беготни. Библиотека, теплицы, кладбище и тренировочный комплекс находились в разных частях студенческого городка, на значительном расстоянии друг от друга.

Так что после сытного ужина, во время которого Даша, несмотря на все уговоры и недовольство того же Кожева, так и норовила мне услужить, поднести, убрать или унести, я отказался от партии в шахматы с Драгуновым и, оставив его в компании сестры, отправился спать.

Ранним утром меня ждало второе занятие с Темниковой.

После того, как во всеуслышание объявил о подозрениях в отношении Аксакова и компании, нападок с их стороны я не ожидал, однако по здравому размышлению решил отныне ходить только по хорошо освещенным и людным участкам кампуса.