Полигон 3. Второй Слой. Лорд

- Сергей Петрович, а с вами-то что не так? Зачем вы срываетесь на своём единственном, из оставшихся в живых, родственнике?

Мужчина махнул рукой и тяжело опустился на свой стул.

- Как раз потому, что этот оболтус, мой единственный живой родич! Понимаешь, единственный! Мы с ним остались вдвоём, никого другого у нас больше нет.

- Можно подумать, раньше это было не так, - Яр решил напомнить ему о реальном положении вещей. - Ваш род уже давно состоит из двух человек. Сестра сменила фамилию, а брат...

Сергей Петрович опустил голову.

- Не нужно, Алекс, не продолжай, - встал на защиту дяди Андрей. - Мы всё поняли, и не будем больше ругаться.

- Очень надеюсь на это, - Тихий взял из бара початую бутылку водки и вернулся к столу. - Нам всем нужно расслабиться, предлагаю напиться сегодня. Есть возражения?

- С моей стороны, никаких возражений нет, - улыбнулся Шаховский. - На ближайшие сутки я совершенно свободен. Саша всё ещё охотиться на Первом Слое, ну, а заказы... заказы подождут.

- Я тоже не против, - вздохнул Сергей Петрович.

Андрей посмотрел на бутылку водки, и поморщился.

- Не люблю я водку, но за компанию выпью.

- Отлично! Тогда я пока разливаю, а вы сообразите чего-нибудь лёгкого на закуску.

- В холодильнике есть малосольные огурчики, копчённая колбаса, свежая пицца, - начал перечислять варианты Павел Иванович.

- Я сейчас всё принесу! - Зубов младший пулей выбежал из комнаты.

- Не успел ему сказать про вяленую осетрину, - расстроился хозяин дома.

- Ничего, потом ещё раз сбегает, - усмехнулся Сергей Петрович. - Ему это пойдёт только на пользу, а то взял моду со старшими пререкаться.

***

Пьянка затянулась до самого утра.

И конечно же, одной бутылкой дело не ограничилось.

Проснувшийся в полдень Тихий обнаружил себя сидящим в любимом кресле дяди.

Он огляделся по сторонам и понял, что в комнате кроме него больше никого нет.

На запачканной чем-то жирным скатерти стояли пять пустых бутылок и три тарелки с недоеденными закусками.

Яр широко зевнул и потянулся.

«И всё-таки, почему кресло, а не кровать?»

Последнее, что он помнил - как помогает Зубову дотащить отключившегося Андрея до гостевой спальни.

Потом его воспоминания блекнут и становятся размытыми.

«Мне почему-то казалось, что мой нынешний организм, прошедший эволюцию после приёма «Памяти Рода», должен намного легче переносить отравление алкоголем».