АТК: Начало

Ты и твои товарищи, несмотря на все возникшие проблемы, не спасовали перед опасностью и довели начатое дело до конца, что, возможно, предотвратило ненужные жертвы. В связи с этим, я с гордостью принимаю тебя и твоих друзей в наш клан…

У «АТК» появилась новая штаб-квартира – личная просторная палатка, рассчитанная на троих человек. Печь с дымоходом, карманы для хранения личных вещей и вход, закрывающийся на молнию – не каждый отшельник мог похвастаться такой роскошью.

– В смысле ты отказался вступить в клан?! – Пень недоумевал от рассказа Сэма о встрече с Майлзом.

– Мог бы сначала с нами посовещаться на эту тему?!

– Нахрен надо становится отшельником, – грозно произнес Пуля. – И почему Сэм был обязан обсудить это с нами?

– Мы же команда, как никак. «АТК», все дела…

– Никакая мы не команда, Пень. Просто сборище неудачников, собравшихся по воле случая! Ты этого еще не понял? Про «АТК» я вообще молчу: один придумал эту хрень, другой подхватил!

– Заткнулись оба! – заорал Сэм. – Что за семейные разборки вы устроили? Вы оба правы.

Мы действительно стали командой, если вы ещё этого не заметили, но не командой друзей, а просто товарищей по несчастью, преследующих свои цели. Так давайте же доведем начатое дело до конца и спокойно разойдемся в разные стороны.

– Красивая речь, Сэм, но она нисколько меня не тронула. Мы в тупике, так что твои слова о «завершении дела» ничего не стоят.

– Пуля, мы вместе уже из такого количества дерьма выбирались, и этот тупик преодолеем. Майлз разрешил нам остаться здесь, поэтому у нас есть время все взвесить и обдумать следующий шаг.

С момента ссоры в палатке прошло две недели. «АТК» провели их в Северном Бутово, как будто забыв обо всех проблемах, преследовавших их раньше. Они работали на грядках, участвовали в вылазках и каждый день ближе к вечеру сидели у костра и пели песни под гитару. Напоминанием об их миссии служили новости из города, которые они узнавали заходя в Сеть через терминалы отшельников. Заголовки прокорпоративных новостных ресурсов пестрели упоминаниями якобы похорошевшего «Сберкорпа» и величавой Анастасии Гельф-Милнер, поднимающей с колен как свою корпорацию, так и Новую Москву в целом.

Например, она пожертвовала сто тысяч цингеров фонду борьбы с бедностью, который де-факто являлся частью «Сберкорпа» и без ее участия, а также амнистировала несколько сотен заключенных за дела против корпораций, коих в новомосковских тюрьмах насчитывалось порядка нескольких тысяч.