Кровавый кошмар. Том 4

Я представил, как лучи света парят вокруг сферы, создавая ощущение живой электрической энергии.

Вздохнув глубоко, я направил свою решимость в объятья магии света и рубанул мечом.

Светящаяся сфера разлетелась на тысячи ярких искр, создавая красочное и изумительное зрелище. Магические лучи пронеслись сквозь воздух и ослепительно взорвались возле старика, обволакивая его сверкающими огнями. Световой шторм охватил старика и он был вынужден прикрыть глаза рукой.

«Пришло мое время».

Я с неподдельной уверенностью приступил к завершающему удару.

Но тут, словно случилось чудо, старик исчез из моего поля зрения и я почувствовал касание на своем плече. Я резко обернулся, чтобы ответить на атаку, но был ошеломлен и оказался на земле.

— Очень изобретательно. Нет, — Рагнарек громко засмеялся.

Я совершил подъем с разгибом и атаковал.

Рагнарек легко выбил оружие из моих рук, и приставил острый клинок к горлу.

— Ты самый слабый из Драго, которых мне доводилось тренировать, — пророкотал он.

Я не знал, что ответить. Я поражался его невероятной силе и умению. Каждое его движение было точным, быстрым и безупречным. Я чувствовал, что передо мной стоял не только мой сейкен, но и превосходство, которое я должен был преодолеть.

— Узри, что может Авалон в руках настоящего мастера, — он рассек Авалоном воздух. — Авалон, я вызываю тебя!

Голос Рагнарека звучит с мощью и самоуверенностью, отражая силу его веры и уверенности в сейкене.

Авалон отвечает на вызов, его лезвие обращается в искры, которые разлетаются вокруг и вот он, великий Пегас, с белоснежными крыльями, проявляется перед нами.

Пегас поднялся в небеса с непревзойденной скоростью. Когда он развернул свои белоснежные крылья, сверкающие на солнце, перья, как множество острых клинков начали бомбардировку. При касании они мгновенно расщепляли на атомы, создавая разрушительные эффекты, способные уничтожать даже горы.

Я не мог защититься от этой мощи, и мне оставалось только бессильно смотреть на свою неминуемую гибель, Но вдруг время остановилось. Клинки замерли в миллиметре от меня. Я мог разглядеть даже мельчайшие детали каждого предмета вокруг меня. Серебристый блеск перьев искажался в покоящемся воздухе, словно призрачные нити, удерживающие меня от неминуемой смерти.

Беспомощность, которую я ощущал всего лишь мгновение назад, постепенно уступала место прозрению.