В новом мире грязь всё та же

Похоже, его сильно шокировало то, что я на него взвалил. Прости, мужик, по-другому никак.

— Слушай, как тебя зовут? — Спросил я у него.

— Гриша я, а что?

— А я Марк, будем знакомы.

— Ну, будем…

— Не волнуйся, я просто хочу знать по имени того, кто мне так сильно помогает, — успокаивал я его, — считай, жизнь спасает.

— Ладно тебе. — Он отмахнулся, поняв, что я пытаюсь сделать. — Клади. Давай уже закончим быстрее, а то мне аж дурно.

— Да, давай.

Ни в каком месте этот спирт мне не помог, боль была просто адская.

По этому поводу было предпринято следующее: мы с мясником крепко напились вместе. Ему теперь это тоже было нужно.

В дом приютившей меня семьи вернулся поздно, сначала пришлось выслушать чуть ли не полную историю жизни мясника. У входа я думал, что скажу им. Днём ушёл в деревню по каким-то мутным «делам», вернулся пьяный и без пальца. Блин, у меня итак много чего нет. Может, не заметят?

Нет, заметили. Пришлось придумывать новые оправдания. Сказал, что хотел прогуляться по лесу, где меня аккурат в палец укусила ядовитая змея.

Все сделали вид, будто поверили мне. На деле они просто решили не вмешиваться в мои дела лишний раз, я для них итак был чудным инородным элементом. Меня просто отправили спать, чего мне и самому хотелось.

Похмелье пришло раньше, чем сознание в тело. Вывалился во двор, повалился к ведру и начал пить прямо из него под сочувствующие-неодобрительным взглядом Игната Сергеевича, который уже не спал и как раз собирался в поля. Той же питьевой водой я и умылся, вернувшись досыпать в сенях.

Ну, хотя бы пропустить самый противный промежуток своего состояния.

Очухался я лишь к обеду, когда остальные уже трапезничали. Мне тоже хотелось есть, но куда больше тянуло узнать, получилось ли. Я смотрю на свою кисть, лишившуюся половины пальца, и боюсь, что всё было зря.

Отогнав лишние сомнения, принимаю позу поудобнее, расслабляюсь, чтобы не отвлекаться на поддержание равновесия, закрываю глаза и начинаю составлять систему. Какая же это ностальгия… Свою первую я создал лет в двенадцать, она тогда вышла невероятно грубая и не особо рабочая.

В дальнейшем я переделывал её несколько раз, но всё же острые углы в моей технике всегда были. Сейчас же стоило приложить все усилия, чтобы сделать это лучше, чем когда-либо.

Положительная энергия, «рассвет», я направляю её из правого полушария в грудь, потом обхожу руку, касаясь недавно укороченного пальца, возвращаю и веду через торс к остатку ноги.