В новом мире грязь всё та же

Единственная возможность применить магию. Вообще, я вполне мог таким образом случайно усилить технику. Но, дело может быть и в другом… Например, в самой технике. У меня не было возможности протестировать её, поэтому мне не до конца было ясно, как обращаться с подобной магией.

Так или иначе, я сделал нечто ужасное. Не хотел, пытался это остановить, но сделал. Судя по тому, что я успел увидеть, сопутствующий ущерб перешёл ту черту, за которую я был не готов заступить.

В прошлой жизни бывали похожие моменты: союзники время от времени попадали под мои заклинание в пылу битвы.

Но, как правило, это происходило редко, а нанесённый ущерб исчислялся максимум двумя-тремя людьми. Некоторые из них даже выживали. Правда вот, тогда они сами были виноваты в том, что проигнорировали предупреждение, а сейчас…

Старясь не думать о произошедшем, я отправился на поиски еды. Где-то в глубине души я уже хочу самостоятельно прервать свою текущую жизнь или сдаться… Да только не могу. Это всё из-за чувства вины, не более.

Мне нельзя сейчас погибать. Александр жив, и я обязан это исправить. Конечно, этого не будет достаточно для того, чтобы считать, будто люди в Бригтауне погибли не напрасно, но, если мне не удастся достичь своей цели, то их гибель была вообще бессмысленна.

Я колеблюсь, держа пойманного зайца за шею. Он пытается вырваться, сбежать, а я не отпускаю его. Мне нужна пища, чтобы выжить, но что-то внутри не позволяет мне отнять ещё одну жизнь. Я зажимаю его тельце между ног, собираюсь с силами и закрываю глаза.

Звук, с которым ломается его шея, мне сегодня будет сниться.

Кусок не лезет в горло, но я ем через силу. Нужно просто смириться с тем, что я сделал, с тем, что я — не герой. У меня есть цель, и ради этой цели я выкладываюсь по-полной, не больше и не меньше. Никакой справедливости в масштабах этого мира я не наведу своими действиями. В сущности, я изначально действовал максимально эгоистично. Не знаю, почему мне казалось, будто я на стороне хороших парней.

Наверное потому, что с Марком, которым в итоге стал я, обошлись слишком жестоко. Намного более жестоко, чем я собирался поступить с этими людьми в ответ. Сейчас это деление на хороших и плохих потеряло всякий смысл.

Холодной тенью я брожу по лесу, собирая ягоды и выслеживая живность. У меня не осталось внутренних сил на то, чтобы истязать себя же. Нужно пустить свой мысленный ресурс на что-то более полезное. Например, подумать о том, как мне победить.