Профет

Масу же сердито прервала сестру, сказав, что это личные указание Агаты, и по инструкции несовершеннолетним данную мазь передавать запрещено, особенно таким, которые хотят для «как лучше» нанести мази побольше, тем самым вредя лечению, а иногда нанося непоправимый вред пациенту. Добавив, что на незрелость указывал брошенный пациент посреди процедуры и отсутствие заботы о передаче ее завершения другому целителю или помощнику целителя.

Сестренка поджала губы, но быстро вернулась к своему пациенту, начав его заботливо чем-то розовым вымазывать, стараясь незаметно наблюдать за нами.

Я уже начал веселиться, узнав в лысом Огненного, который уже пришел в себя и всячески прятал лицо.

Всё мое веселие прервала одна фраза, брошенная отвернувшейся к миске с примочками Масу:

— К тебе невеста позавчера приходила, фрукты принесла.

Глава 11

Будто услышав слова Масу, мой лишившийся огненной шевелюры напарник смотрел на меня и судорожно дергался от смеха. Он, вытирая слёзы, что-то шепнул сестре, которая тут же достала из прикроватной тумбочки листок бумаги и карандаш.

Быстро что-то нацарапав на нём, он сложил его в треугольник и отдал стоящей рядом девушке.

Сестра пришла к нам в бокс и протянула мне бумажный треугольник.

— А еще Тима просил передать, что он готов быть свидетелем на свадьбе.

— Какой еще Тима?

— Ну Тиаматириус.

— Кто-о-о?!

— Он опять память потерял, — глаза сестренки наполнились слезами, и она убежала из целительского блока.

Решив, что нужно разрядить обстановку юмором о своей женитьбе, я уточнил:

— А невеста у меня хоть симпатичная? Или мне тут лучше подольше поваляться?

Глаза Масу заблестели от влаги, и она, стараясь на меня не смотреть, смешала в стакане разноцветные жидкости из пробирок, стоявших на прикроватной тумбочке, после чего воткнула стакан мне в руки, как это делала Агата, и, не говоря ни слова, удалилась вслед за сестрой.

Развернув одной рукой послание от Огненного, я всё-таки разобрал каракули на листе: «Интересно, приготовленными Масу примочками для тебя можно серебро растворить? Ну, неужели ее великодушие не позволит тебя травануть за столь подло убитую надежду о великой, светлой и единой на всю жизнь? Если ты по какой-то дикой случайности останешься жив, то я готов быть твоим свидетелем на свадьбе.

Мы будем очень гармонично смотреться, не пропадать же зазря стараниям Линмера. Выздоравливай. С уважением, Тиаматириус».