Слабейший из Сильнейших! Том 2

Подкинув дровишек под маленький котелок, он заварил душистого чаю. Отломив хлебу и изрядно присыпав его сахаром, парень положил всё на стол. Подобный рецепт он подсмотрел у знакомого пекаря, что пёк булки. Для сладких булочек сахар было необходимо добавлять прямо в тесто. Но если посыпать уже готовый хлеб специей, получиться ничуть не хуже. Терпкий вкус горячего чая прекрасно дополнял картину.

— Энель никогда бы не догадалась до такого рецепта, — с зажмуренными от удовольствия глазами, Самир начал трапезу.

— Да прямо не догадалась бы? — послышался хохот тётушки с лестницы.

— Когда вы успели проснуться? — испуганно оглянулся парень, едва успев откусить хлеб.

— Да как только почувствовала, что кто-то дрова переводит зазря, — покачала она головой спускаясь на первый этаж. — Ладно, ешь уж.

Она охнула, держась за поясницу и добрела до горячего котелка.

— Кто же так делает то? Ох, а дать настояться? — Энель начала ворчать. — Хотя ладно, вкус неплохой.

— Вы же даже не попробовали.

— Мне и не нужно, малыш.

Она открыла неприметный ящичек у стены и достала оттуда несколько сладких сдоб. Энель хранит их? Но они же быстро плесневеют! Самир с непониманием уставился на булки.

— Это всё магия! — расхохоталась она. — У нас в городе артефактор проезжал известный, я взяла у него пару ящичков. В них еда не портится и остаётся свежей. Очень удобно.

— А такое бывает? — задумался парень, глядя на ящик.

— И не такое бывает. Только денег больших стоит.

Энель недовольно покряхтела и занялась уборкой кухни, словно пытаясь пристыдить неаккуратность парня. Самир молча доел и поднялся из-за стола.

— Ну, я пойду, тётушка. Не серчайте.

— Да вали уже… — она безразлично отмахнулась, стоя спиной к Самиру. Её движения замерли и спустя несколько секунд женщина добавила. — Но раз уж ты в городе, можешь заходить. Если деньги будут.

Альтруистка, ага. Парень улыбнулся. Он не планировал сюда возвращаться без крайней нужды. Если дать ей волю, Энель до нитки обдерёт и не поморщится.

Зачесав пальцами волосы и умыв лицо, Самир выбрался на улицу. Наконец-то вновь похож на человека. Теперь на бандитов лучше не нарываться. Парень глубоко вдохнул утреннюю прохладу. В запахе росы чувствовались нотки цветочных оттенков.

— Это гиацинт? — задумался он оглядываясь. Никаких цветов видно не было.