Метафизик 1

— Вы сказали, что сегодня комиссия еще работает. Значит, пойду сегодня.

— В таком состоянии? С ума сошел? Тебе срочно нужно наложить швы!

— Хорошо. Накладывайте.

— Что «хорошо»? Ты не дойдешь даже до ближайшего перекрестка!

— Значит, доползу! — Я решительно мотаю головой, хотя здравый смысл подсказывает мне, что правда на стороне лорда Минэтоко. — Я должен... обязан... хотя бы попытаться.

Кто-то из присутствующих с шумом выдыхает — должно быть, Кайядан.

— А ведь я предупреждал вас, — басисто произносит Кайядан, — что он будет настаивать.

Ну, и что теперь будем делать?

В сгустившейся тишине наконец звучит уставший голос Конфуция:

— Видимо, все возможное, чтобы наш пылкий лорд не помер по дороге в приемное отделение Небесного Университета Метафизических Наук.

Глава 22

Боль не утихает.

Совсем.

Несмотря на десятки заживляющих бальзамов, щедро пролитых на мою спину поверх швов. Несмотря на метры марлевых бинтов, превративших мое тело в подобие мумии.

Несмотря на тучу обезболивающих экстрактов, которыми меня напичкали.

Боль засела внутри меня, словно самый устойчивый паразит, неподвластный никаким глистогонным средствам. Она то притихает, подобно кошке, играющей с удочкой, то издевательски выстреливает пламенными когтями, отчего меня невольно выворачивает наизнанку. Порой эти пламенные когти каким-то непонятным мне образом распространяются до конечностей, так, что ноги подкашиваются, а пальцы правой руки так и норовят разжаться и выпустить выданную мне для ходьбы трость.

Конфуций упомянул между делом, что некоторые метафизики способны лечить подобные раны, но для этого нужно специализироваться в метаанатомии — а до этой науки лорд Минэтоко в годы своей учебы так и не успел добраться. В общем, рассчитывать мне приходится исключительно на свою стойкость.

И, вероятно, на удачу.

Так, самую малость.

Конфуций, Кайядан и Фан Лин оставили меня перед входом в здание приемной комиссии и, отсалютовав носилками, остались ожидать меня снаружи — согласно дурацким правилам, сопровождать меня внутри они не имели права.

Мне настолько хреново, что я даже не успел толком разглядеть, куда попал — я лишь успел отметить, что Небесный Университет Метафизических Наук, расположенный на вершине городского холма, представляет собой что-то вроде гигантского замка, чьи башни почти что подпирают собой облака.