Метафизик 1

Как интересно и избирательно, однако, работает моя память.

Кряхтя, постанывая и моля всех Богов, чтобы на моей спине не разошлись швы, я приподнимаюсь в сидячее положение и чуть надавливаю пальцами левой руки на виски. Над кроватью нависает тело с растрепанными волосами и видом побитой собаки. Не считая одеяла поверх плеч, тело целиком раздето.

— К-х… Х-к-х… — С третьей попытки телу все же удается прочистить горло. — К-х-рэй?..

Я стараюсь сфокусировать свой взгляд, несмотря на то, что мои глазные яблоки буквально на коленях умоляют меня зажмуриться как можно быстрее и как можно на дольше.

Тут до меня, наконец, доходит.

— Илиас? — спрашиваю я голосом повелителя всех бомжей. — Это же ты?

— А ты что, — хрипит в ответ мой недавний адвокат, — ожидал тут увидеть… кого-то другого?

Я почесываю щетину.

— Сказать по правде… я никого не ожидал тут увидеть. Кстати… — Не без труда выдав эту речь, я бросаю по сторонам взгляды. — Тут… Это вообще где?

Пока что я вижу только комнату, полную покореженной мебели… и чертову тучу пустых бутылок на полу.

Их так много, что я просто чудом умудрился свалиться с кровати, не угодив ни на одну из них.

— Ты у меня спрашиваешь? — Илиас начинает шариться руками по простыни — вероятно, в поисках своей одежды. — Я понятия не имею. Ты лучше это… Дай мне водички…

Водички… От водички я бы тоже не отказался — любая фраза, любое слово дается мне невероятным трудом. Встав на карачки, я принимаюсь проверять валяющиеся на полу бутылки в надежде, что в одной из них окажется хоть немного жидкости…

— Да ну сколько можно шуметь!.

.

От неожиданности я роняю на пол очередную бутылку, и та разбивается вдребезги. Чертыхнувшись, я поворачиваю голову туда, откуда доносился звук, и вижу, как из горы какого-то тряпья у дальней стены вылезает парень со светлыми волосами.

— Фан Лин? — изумляюсь я так сильно, что на пару секунд даже забываю о своем ужаснейшем состоянии. — А ты-то… что тут делаешь?

— Я? — Фан Лин выбирается из тряпья, служившего ему одновременно матрасом и одеялом, и, с трудом удерживая вертикальное положение, трет глаза.

— Ну, я… О, борода Многоликих! — Фан Лин кривится и прикрывает лицо руками. — Грэй, ты, может, все-таки прикроешь свои причиндалы? О, Илиас, доброе утро. Ты, если что… можешь свои не прикрывать…

— Нахал! — возмущенно отвечает Илиас, заворачиваясь в одеяло как в халат.

Я, так и не найдя воды, переползаю на четвереньках к кровати и достаю из-под нее одежду, свою вперемешку с Илиас.