Метафизик 1

— Это подал голос мужчина средних лет, сидящий за левым от старейшин столом. — И все же да будет мне позволено, лорд Грэй, нижайше попросить вас продемонстрировать нам что-нибудь из ваших навыков владения оружием? Если, конечно, лорд Минэтоко не станет возражать.

Я скольжу взглядом по лицам собравшихся в надежде понять, кто из них лорд Минэтоко, чтобы... Чтобы что? Я понимаю, что мои действия больше похожи на агонию. Мне конец, и я это знаю. Разве что меня не спасет этот таинственный...

С места поднимается Конфуций, и в этот момент до меня доходит.

Что ж, этот старик по крайней мере видел, в каком я состоянии, так что вряд ли станет настаивать на немедленной демонстрации моих...

— Прекрасная идея, лорд Шимато. — Эти слова Конфуция-Минэтоко как будто резко окунают меня в ледяную прорубь. — Фан Лин, встань.

Я вижу, как поднимается с места светловолосый юноша — один из тех, что присутствовал при моем здешнем «пробуждении».

— Фан Лин — наша местная гордость, — объявляет Конфуций, отчего Фан Лину становится совсем неловко — ну, или же это мне так кажется.

— Он один из них немногих, кто, нося на себе клеймо Семнадцатого Доминиона, сумел поступить в Тальданор — столицу нашего Альянса, и не просто в Тальданор, но в Небесную Военную Академию. — Слова Конфуция сопровождаются аплодисментами и одобрительными возгласами. — Он отучился там всего год, так что навряд ли сумеет продержаться против вас, лорд Грэй, дольше нескольких секунд, и все же... Мы все с преогромным удовольствием понаблюдали бы за этим поединком.

— Поединок! — ревет какой-то упитанный усач, потрясая кубком. — ПОЕДИНОК! ПО-Е-ДИ-НОК!

Большинство гостей принимаются радостно гомонить. Откуда-то появляется слуга с двумя длинными бамбуковыми палками. Одну он отдает Фан Лину, другую, подойдя к столу старейшин, с поклоном протягивает мне.

— Э-э... — Я с мольбой гляжу на Конфуция. — Поймите, мое новое тело еще не совсем приспособилось...

— О да, разумеется, о Искуснейший! Будь вы в привычном теле, мы даже не стали бы предлагать вам оружие.

Прошу, не отказывайте нам в нашей маленькой просьбе. Проучите этого мальчугана как следует — ну, сами понимаете, чтобы не зазнавался слишком сильно.

Конфуций замолкает, а слуга продолжает стоять по ту сторону стола застывшим в поклоне истуканом. Похоже, выбора мне не предоставляют. Печально.

Что ж... По всей видимости, придется позориться.

Я принимаю у слуги палку и неспешно встаю со стула. Мои веки по-прежнему налиты тяжестью, а голова слегка кружится.