Метафизик 1

Нужно навязать Конфуцию контригру с самого дебюта. Немного подумав, я выдвигаю вперед пешку «цэ» — сразу на две клетки. Скорее всего, когда-то я даже знал, как называется этот дебют. Судя по всему, я вообще достаточно много всего когда-то знал. А еще не страдал скромностью и прочей чепухой, мешающей жить.

Если мой ход и сбил Конфуция, то виду тот не подал. Мы принимаемся развивать фигуры и меняемся пешками в центре. Следом за конями я выдвигаю вторую слева пешку, чтобы вывести слона на большую диагональ. Конфуций многозначительно хмыкает и укрепляет центр своей слоновой пешкой.

Я выдвигаю слона, а затем задумываюсь. Что, если в этом мире нет такого понятия, как рокировка? Вдруг, если я попробую сделать одновременно ход ладьей и королем, меня дружно поднимут на вилы? Или просто примут за шарлатана? Пару ходов я выжидаю, а затем выдыхаю: Конфуций уводит своего короля в длинную рокировку. Я отвечаю короткой, и наши короли оказываются на противоположных краях доски. Мне импонирует острая манера игры Конфуция — я даже почти простил ему ночное вторжение и удар в солнечное сплетение.

Мы начинаем атаку — Конфуций на королевском фланге, я на ферзевом. Его крайние пешки накатывают на меня подобно лавине, в то время как я уклоняюсь от размена слонами и пытаюсь выстроить свои ладьи по полуоткрытой вертикали «цэ». В этот момент Конфуций надолго задумывается, обхватив голову руками. Мне кажется, еще немного — и я увижу, как перед его лицом забегают нотации разветвляющихся шахматных вариантов.

Кто-то из зрителей закуривает трубку — дым развеивается над столом настоящим туманом войны. Действительно, для полного погружения не хватает разве что барабанов. Очень надеюсь, что мысли все-таки не материальны: я не очень люблю отвлекающие факторы.

Наконец, Конфуций решается и жертвует пешку ради вскрытия крайней вертикали. Я смотрю на эту пешку, и мой энтузиазм постепенно гаснет. Ритм сердцебиения учащается, а по рукам пробегают мурашки. Не переоценил ли я свои возможности? Противник явно знаком с законами шахматной тактики и стратегии.

Если я проиграю перед тем, как отправиться в изгнание... По сути, ничего катастрофического не произойдет, но моя самооценка хорошенько пошатнется.

Мне стоит больших трудов заставить себя перестать думать о грядущем поражении и о том, как будут насмехаться надо мной Фан Лин, Лиара и Элейн. После счета нескольких вариантов я решаю отклонить жертву пешки и перетягиваю ферзя поближе в театру военных действий.