Музыкант. СССР-85

И я улыбаюсь залу, делаю шаг к микрофону и говорю:

*******************************************************

Здравствуйте друзья, я рад, что вы пришли сегодня послушать вторую часть этой увлекательной истории о любви Демона и Судьбы, парня и девушки, и еще тысяч, и тысяч людей. К сожалению, любовь редко бывает простой, очень часто её надо добиваться, терпеть и не отпускать свое.

Вчера Вы увидели Счастье, таким, какое оно должно быть. Сегодня всё немного по другому, Вы увидите, то, как не должно быть.

Не надо так, это тяжело, это чудовищно тяжело, это разбивает сердца и рвёт жизни. Не надо так.

Вчера на концерте было счастье, простое и понятное. А сегодня у нас преодоление, оно всегда сложное, моментами тоскливое, но его можно пройти и победить.

*******************************************************

И я замолчал, а вместе со мной замолчал и зал, переваривая вступление.

Ещё минута и мы начинаем эту историю.

Она сперва течет довольно благостно и мы с Заном выводим свои партии, вполне счастливых людей, уверенно смотрящих вперед.

Вот только зрители уже замечают первые холодки, девчонки к нам не подходят, держатся особняком, как-то сами по себе играют, да еще и поглядывают по сторонам. Это заметно, это сразу заметно. И зал понимает, что, что-то назревает.

И грянуло, то самое Расставание, тоска в глазах, холод в сердцах.

Мы исполняем, тянем свои партии, и практически исчезла помощь от девчонок, они выключились, равнодушно стоят за инструментами и просто играют. Они уже сами по себе, а мы сами.

И я чувствую, что снова начинаю погружаться в эту историю, но держусь. А тут гремит то самое……. «мы расстаёмся, прости.».

Меня уже начинает сносить, а тут еще и …. «может, попробуем еще раз?» и тот бьющий наотмашь ответ «поздно, уже поздно» и снова тоска в глазах стоящей напротив Кары, подошедшей в этот момент.

И это чуть не топит меня, я чуть не поверил, но я чувствую тревогу, спрятанную под внешним безразличием, и тоненький лучик любви пробивает мою броню и начинает поддерживать, давать мне силы. А потом к нему добавляется еще один из зала.

— Наташка. — Понимаю я. — Любимая черноглазка.—

И я прихожу в себя. Мы поём, даже не так, мы играем эти песни.