Марк Дарков Том 2. Мрак Долины Желаний

Это был мираж… Видение… Или что еще там могут увидеть путники, проведшие в пустыне долгое время без воды. На песке, который был белее первого снега, примерно в метре от Стаси сидел Марк… Живой, красивый и почему-то немного смущенный, казалось, до него можно дотянуться рукой…

— Марк, — тихо позвала Стася, чувствуя себя сумасшедшей. — Что? — так же тихо отозвался мираж.

— Марк, это, правда, ты? Ты жив? Или я умерла?

Стася не обращала внимания на то, как глупо, должно быть, звучит со стороны их диалог. Больше всего она боялась лишь одного — что он прервется.

— Ты не мертва, но и я не жив в общепринятом понимании этого слова… Я больше не тот, каким был раньше. Я — голографическая схема, голограмма. Меня можно видеть, но невозможно поймать, таким меня сделало желание. Я долго думал, почему не умер от пули, которую ты запустила в меня. Целемёт не промахивается. У меня не было шансов выжить. А, оказывается, вся штука в том напитке, который подсунул мне Мансур. Вместо волчьих ягод, я выпил эликсир, который делает неубиваемым на сорок восемь часов.

Ты выстрелила в меня как раз в последние минуты действия этого чудо напитка.

— Я больше половины не поняла из твоих слов.

— Сейчас я нахожусь между жизнью и смертью. Пока мое тело окутано проводами в больничной койке Башни, сам я разговариваю сейчас здесь с тобой.

Повисло неловкое молчание. Стася хотела перебраться поближе к Марку, воспользовавшись возникшей паузой, но ее остановило напряжение, которым был пропитан воздух.

— Как это быть схемой? — спросила она первое, что пришло на ум.

— Голографической схемой… Чувствую себя живее всех живых, если ты об этом…

— Спасибо, что спас меня…

Марк не дал ей договорить.

— Не стоит…

— Нет, стоит! Если бы не ты, я бы умерла. Ты должен знать: я не хотела убивать тебя.

— Тебе не за что меня благодарить. Спасать тебя не входило в мои планы. Я — преступник. Моя цель — преступать закон. Тебе надо сказать спасибо правилам Долины Желаний, которые были не на твоей стороне…

Когда преступник нарушает вопиюще несправедливые законы, его по ошибке можно принять за героя.

Но я спасал тебя не из геройских побуждений, не потому, что закон несправедлив, а потому, что это закон… Меня толкнуло на это Желание.

— Все равно, спасибо… Марк… Мне сложно об этом говорить… Но я… Мне кажется, что я тебя… Люблю…

— Любовь разрушительна, — произнес Марк отстраненным металлическим голосом. — Она мешает добиться цели. Ее следует исключить из жизни.