Арканы Силы: Повелители Ледяного Огня

В его глазах я видел не только злость, но и какую-то отчаянную печаль, словно он уже понимал, что его час пробил. Но при этом, он не хотел отказаться от своей последней роли. Он хотел, чтобы его смерть была яркой, впечатляющей.

"Ну, что, маленькие хомячки?" прорычал он, голос его словно гремел громом, "насладились победой?"

Я почувствовал, как в моих жилах забурлила кровь, ярость хлынула в мою голову. "Твоя победа уже не за горами," прохрипел я, чувствуя, как в горле пересыхает, "ты уже проиграл".Сердце колотилось, барабанило о рёбра, будто загнанная лошадь.

Но, черт возьми, я был готов. Вся эта мясорубка, весь этот кровавый фарс вели меня к этой встрече. Я должен был доказать, что не просто мешал заклинания, а действительно чувствовал их, понимал, что скрывается за этой кучей символов и формул. Что я не просто марионетка, пляшущая под дудку древних, а сам мастер, способный подчинить себе магию.Из палатки выползла гориллоподобная тварь, увешанная двумя зачарованными клинками. Огромные, похожие на бревна руки были сжаты в кулаки, а морда, покрытая толстыми, седыми волосами, искажалась от ярости. Я даже почувствовал себя героем какой-то пошленькой книжки, где злодей появляется в самом конце, чтобы хоть как-то оживить угасающий сюжет. Только вот я был не в книге, а в реальном, мерзком болоте, где жизнь — это не сцена, а помойка, где ты либо пробиваешься наверх, либо тебя топчут ногами.Громила оглядел лагерь, усеянный трупами своих боевиков, и выдал хмык, который, если бы он был человеком, можно было бы назвать издевательским. — Ты — тот мелкий выскочка, который решил бросить мне вызов? — его голос был густым, как у быка, начитавшегося философии. Словно он проглотил томик Ницше целиком, но вместо того, чтобы поумнеть, просто набрал массу. — Думаешь, что, научившись парочке трюков, ты станешь непобедимым?Я сжал челюсти, пытаясь не показать, насколько меня трясет. "Парочка трюков" — он, наверное, имел в виду способность дышать огнем и летать, как сорока. — Ну, у меня как раз в планах проверить эту теорию, — ответил я, стараясь, чтобы насмешка в голосе звучала убедительно. — И кто знает, может, ты станешь моей первой серьёзной победой.Он усмехнулся. В его глазах засветились искры азарта — точно такой же, какой бывает у борзых перед охотой.Он кинулся на меня, и в тот же миг мир вокруг словно замедлился. Его движения были стремительными, непредсказуемыми, словно буря, пронесшаяся по степи.