Черный Маг Императора 12

— Я бы на твоем месте был более осмотрителен.

— Зачем ты меня об этом предупреждаешь? Лазарева мой друг. Она не стала бы меня обманывать, — уверенно сказал я.

— Тебе лучше знать, она же твой друг, а не мой, — сказал он, затем подбросил мухомор в воздух и буцнул его ногой, отчего гриб разлетелся на мелкие части. — Я тебе не конкретно за нее говорю, а так вообще…

— Ну если «вообще», то у меня и друзей-то немного, а тем, что есть, я доверяю, — сказал я и посмотрел на него. — У тебя не так?

— У меня и друзей-то никаких кроме тебя нет, — хохотнул Нарышкин.

— Остальные так… Можно сказать, знакомые просто, разной степени полезности, из-за которых я бы точно не стал влезать в такие истории, как та, которую ты мне только что рассказал. Да мне и тебя вполне хватает, зачем мне еще друзья? Отец мне всегда говорил, что если меня о чем-то просят, то всегда нужно продумывать все варианты развития событий. Вот и все, что я хотел тебе сказать.

Я не стал ничего отвечать, так как знал отношение Лешки к таким вопросам.

Он считал, что люди в этом мире делились на несколько классов. Были те, которым что-то нужно от него… Те, от которых что-то нужно ему… Ну и еще те, которые так или иначе зависели друг от друга. Типа дяди Игната, который был вассалом Нарышкиных.

Считал ли я себя исключением из этих правил? Скорее да, чем нет. Уверен, что, если бы мне угрожала опасность, княжич встал бы на мою защиту. Как он относился к остальным, меня интересовало меньше. По крайней мере, к моим друзьям он относился достаточно уважительно и этого было достаточно.

— Макс, смотри! Кто-то возится рядом с Бродягой! — отвлек меня от моих мыслей княжич, а я и не заметил, что мы уже до озера дошли.

Возле дуба и правда кто-то был. Сидел возле корней. Из-за черного плаща с капюшоном трудно было понять, кто именно. Мы с ним одновременно перешли на бег, скользя ботинками по мокрой траве и пытаясь не свалиться.

Когда мы подбежали поближе, фигура вдруг развернулась, и мы увидели Рябинину Яну Владимировну.

Она преподавала магическую ботанику в кленовых классах.

Стройная, в большущих очках, она почти всегда улыбалась и была одной из немногих преподавателей, кому ученики до сих пор не дали никакой клички. Но сегодня был тот редкий день, когда улыбки на ее лице не было, скорее наоборот — Яна Владимировна выглядела очень расстроенной.

— А-а, это вы… — сказала она и поправила очки. — Нашли время по парку бегать, грязь месить.