Ваше Сиятельство 1 (+иллюстрации)

- Тебе Божественной Радости, прекраснейшая из прекрасных, - я почувствовал, как по телу пошли мурашки и захотелось рассмеяться. Видел ее тысячи лет назад, но никогда так близко. И тогда, тысячи лет назад она не была так хороша как в эту минуту.

- Не пытайся мне льстить. Ведь то же самое ты сказал бы Афине или Афродите. Я даже не уверена, что ты не говорил те же слова Гере, - она по-прежнему улыбалась, и в комнате было светло не от солнца, а от нее.

- Нет, ты всегда меня восхищала больше других.

Клянусь тебе – Перун свидетель, - я сделал маленький шаг к ней.

- Я очень благодарна, что ты устоял против Геры. Не знаю, по силам ли это кому-либо из смертных кроме тебя. Ах, да, ты бессмертный, но все равно, - она подошла и положила руку мне на грудь.

- И ты даже согласишься сейчас на… - я не спешил это произнести, желая насладиться ее прикосновением и искорками, зачавшимися в небесных глазах богини.

Артемида договорила за меня:

- На один поцелуй.

Я исполняю обещания, как бы то ни говорила Гера, - она потянулась ко мне губами, успев прошептать: - Тем более, кто, как не ты заслужил это…

Сначала касание наших губ было нежным, но в следующий миг меня пробрала такая сладость, что я прижал богиню к себе и впился в ее рот с жадностью.

- Астерий! Со мной так нельзя! – она отстранилась, ее глаза стали сердито серыми.

Я же чувствовал лишь сжигающее возбуждение. Голова кружилась, и хотелось почувствовать ее тело еще.

- Я пришла не для этого, безумный Астерий! - она отступила на шаг.

В этот миг дверь в комнату распахнулась, на пороге появилась моя мама.

- Саша! Ты снова водишь гулящих девушек! – вскрикнула она. И, конечно, топнула ногой.

Глава 12. Дела библиотечные

Взгляд Артемиды не выразил изумления, на лице застыла та самая снисходительная улыбка, которая украшает ее мраморные статуи.

- Мама, не говори так! Перед тобой сама Артемида! Та, которую ты почитаешь! – в эти мгновения я испытал тревогу.

Даже страх, что Небесная Охотница, оскорбленная речью графини, может наказать ее. Олимпийские боги бывают вспыльчивы и иногда потом сами не в силах изменить сделанное в порыве эмоций.

Елена Владимировна побледнела, вытянулась в лице и захлопнула дверь.

- Прости ее, Небесная, - я повернулся к Артемиде. – Она не могла подумать, что здесь может появиться богиня в земном теле.