Выявитель женщин-монстров

Ха! То есть я должен соревноваться в поедании мяса с этим детиной? Да это не испытание, а благодать. Главное, не показывать радости и делать озабоченный вид.

— Ладно, давай будет так. А что, если ты проиграешь? — спросил, тоже подходя к «полю боя».

«Граф Мяснофф» задрожал от хохота. Пацаны ржали так, будто хотели выплюнуть все, что съели тут за неделю. Когда вопли наконец-то утихли, Громила утер слезы и слюни, а после сказал:

— Не могу… Умеешь ты рассмешить меня, мелкий. Если сможешь победить, то буду оплачивать твой счет две недели.

В два раза больше, чем ты. Но знай, я могу сожрать ведро котлет и полкило колбасы, так что можешь даже не рыпаться.

— Всего лишь одно ведерко? — повел бровью я. — Ладно, пари, так пари!

Не успел сказать, как раздался голос одного из парней, что решил выступить в роли конферансье. Он бегло объявил Громилу, потом меня. Пришлось представиться, чтоб мне не придумали идиотское прозвище.

Дальше все затихли и замерли. А на нашем общем столе стали появляться тарелки, где лежали настоящие реликвии кулинарии.

Гамбургеры с нереально большими котлетами, купаты, с которых капал жирок. Куриные голени на гриле, стейки, просто куски мяса и много чего другого.

Дальше нам зачитали правила, назначили наблюдателей и сказали готовиться к старту. Блин, тут главное не начать раньше времени. Казалось, я попал в рай и умру от счастья.

По сравнению с этим благоухающим чудом, столовская еда была просто дрянью. Несмотря на все старания поваров, они были только ремесленниками.

А здесь ощущался особый подход, то, чего не бывает в массовом общепите.

Секунды длились часами. Я чуть не истек слюной пока ждал. А когда объявили старт, принялся тупо есть. В смысле, наслаждаться процессом, не думая о конечном итоге.

Сбоку бешенным монстром ревел Громила. Хватал бургеры, рвал на куски, поедал, уничтожал, поглощал. Я же просто обедал в обычном темпе, разве что чуть торопясь, чтоб скорее перейти к свиным стейкам.

— Аха-ха-хах малахольный решил тягаться с Громилой.

Считайте, что он уже труп, — крикнул краснощекий студент в растянутой олимпийке, стоящий рядом.

— Не, Жорик, я бы так сильно не радовался, — сказал второй парень, явно заподозрив «неладное».

— Арр ням! Руууф хрусть, чмок, чмок, — делала гора мышц, разбрасывая остатки еды по всему заведению.

Я ел тихо, спокойно, разве что упуская на стол мелкие крошки. Успевал построить глазки официанткам, оценив их округлости.