Студент из прошлого тысячелетия

Настроение стало каким-то шальным и весёлым, может так повлиял утренний секс? Пожалуй, тогда стоит почаще практиковать.

— Не ломай комедию, — серьёзно просит Кирилл.

Замолкаю, мы все усаживаемся за стол, кроме вампиров и Инги. Мара и Маркус заняли положение у двери, а шерстяная не сводит с них взгляд, видимо это будут наши секунданты.

— Всё сложно, — начинает рассказ Кирилл. — Иван тоже оборотень, поэтому мы и пришли. Он нужен нашему клану, очень нужен.

— А что за тактика с Целестиной? — недопонял я.

— Насколько я понимаю, она тут давненько. Не смогла договориться?

— Мы были заняты, дела семьи, поэтому Целестина просто присматривала за Иваном. Он нам понадобился, нас послали за ним.

— Что же произошло с вашей стаей, если главы отправляют на задание неопытный молодняк? — задал животрепещущий вопрос я.

— Так получилось, — туманно ответил он. — Это внутренние сведения.

— Хорошо, — кивнул я. — В целом, вопросов нет, но вам придётся привести Ивана в чувства, чтобы он подтвердил ваши слова.

После чего, можете его забирать.

— Антон, ты ничего не забыл? — холодно поинтересовалась Ульяна.

— Да, забыл, Веня скоро придёт в себя, — задумчиво протянул я. — Слушай, мой шерстяной друг, а у тебя не осталось чудесной сон-травы?

— Осталась, а тебе зачем? — удивляется он.

— Так скажем, не только ты один не хочешь убивать паладинов, — улыбнулся в ответ я.

Мне выдали пузырёк и он тут же перекочевал в руки Ульяны.

— Поговорим? — спрашивает она, указывая глазами на дверь.

Выхожу за ней из дома.

— Митрофанов, ты дискредитируешь меня в глазах этой аристократки. Ладно, когда мы наедине, другое дело. Но всему есть придел, усёк? — хмуро отчитывает меня она.

— Справедливо, — киваю я, заставляя Юсупову расслабиться. — Но вот, что я тебе скажу, пока ты не научишься считывать простые признаки нечисти, разговаривать в таком тоне со мной не рекомендую. Искренне советую. Для всех, кто так поступал, это не закончилось ничем хорошим.

Лена не расскажет ничего, поэтому мне всё равно на своё поведение и я могу наконец-то расслабиться, это ты тоже кстати не считала.

Говорю это дружелюбным тоном, смотря на чистое небо и вдыхая не менее чистый воздух.

Юсупова открывает рот, чтобы поспорить. За мгновение температура вокруг меняется, наступает холод. Такой сильный, что когда я поворачиваю наполненные тьмой глаза в сторону кураторши, её ресницы покрыты инеем, а изо рта вылетает пар.