Род Корневых будет жить! Том 1

Потому что основная задача такого учебного заведения заключается в подготовке военных кадров. А военные должны уметь переносить тяготы и лишения. Поэтому вряд ли там будет такая роскошь, как кофе. Может, для преподавателей и будет, но точно не для кадетов.

– Хорошо, что вам не придётся возвращаться в училище… – протянул управляющий и завис на вдохе явно не закончив фразу. И помолчав продолжил: – Хотя для вас было бы лучше учиться именно в кадетском училище. Как и распорядился ваш батюшка.

– Почему? – спросил я.

– Потому что сила вам недоступна, – прямо сказал управляющий. – Без силы вам в академии будет трудно.

– А зачем мне в академию? – поинтересовался я.

– Ну как же? Чтобы вступить в наследство и официально стать главой рода вы должны закончить академию и сдать выпускной экзамен.

Я промолчал, собираясь с мыслями.

Это что получается? Просто унаследовать нельзя, нужно ещё и экзамены какие-то сдать?

Егор Казимирович, не дождавшись от меня реакции, продолжил:

– В академии должен был учиться Александр, ваш брат.

– У брата была сила? – спросил я.

Егор Казимирович кивнул:

– Да. Ваш брат обладал очень высоким потенциалом. Как и ваша сестра.

– А я, значит, должен был стать военным? – спросил я.

– А что ещё остаётся-то? Ежели без силы…

Глава 8

Была некоторая ирония в том, чтобы и в этом мире стать военным. Видимо, война не хочет отпускать меня. Мне от неё никуда не деться, никуда не сбежать. Она достаёт меня и днём, и ночью… Горячие точки, в которых я побывал, прикипели ко мне, стали частью моей жизни.

Хотя нет, я не прав. Сейчас как раз наоборот, я должен оставить карьеру военного и поступить в академию, чтобы возглавить род.

Интересные вообще тут законы. Чтобы вступить в наследство тут мало осиротеть, нужно ещё академию закончить и выпускной экзамен сдать.

Егор Казимирович по-своему расценил моё молчание.

– Да, вам придётся оставить ваших друзей.

Я быстро глянул на управляющего.

По нему не было видно, сочувствует он мне или нет. Но он говорил прямым текстом, и это было не плохо. Я всегда предпочитал, чтобы со мной разговаривали прямо, терпеть не могу всякие хитрожопые дипломатические намёки.

– Когда я должен отправиться в академию? – спросил я.

– Вот сорок дней справим, и сразу же, – ответил Егор Казимирович.

– Понятно. – Я задумчиво кивнул.