Книга пяти колец

Стоило сотнику увидеть печать и прочитать письмо, его лицо переменилось. Недолго думая, он схватил рог и протрубил какой-то сигнал. Тут же в комнату влетели два бойца с мечами наголо.

— Поднимайте всех! — он приказывал короткими фразами. — Жуженя поднять! Мастеру Ву лекаря и вина. Если через двадцать минут весь личный состав не будет во дворе с оружием, отправлю чистить нужники опоздавших! — это были последние слова, которые я слышал, плавно сползая со стула. Благословенная тьма приняла меня в свои объятия.

Сознание медленно возвращалось.

Я осознал, что тупо выключился от перенапряжения. Будем честны, я удивлен, что не вырубился раньше. В комнате раздавались негромкие голоса, один из которых был мне уже знаком — голос молодого сотника.

— Ганд, пойми: наша задача — сохранить бойцов клана, — мягкий голос пытался убедить сотника в чем-то, а тот был явно не согласен.

— Дядя, это внук старика Бэйя. Скажи, ты готов взять на себя ответственность за принятие решения? Ты сможешь заткнуть все рты? Нет? Я так и думал.

Хватит быть торгашами! Мы Скаты! И наш долг спасти город! — Ганд говорил горячо с верой в свою правоту. Парень явно на моей стороне, и это радует. Похоже на него можно положиться.

— Что тут происходит? Почему этот босяк тут валяется? Его надо немедленно допросить! Это может быть шпион! — в комнату зашел высокий крепкий мужчина с напомаженными усами свисающими почти до груди.

— Тысячник Жужень, — я, сморщившись от боли, поднялся со скамьи и поклонился ему, а это явно был он глядя на одежду и большую пайцзу на груди.

— По приказу губернатора требуется срочно ввести войска в Громовую жемчужину. Произошло нападение клана Паука. Вот приказ, подтверждающий мои полномочия, — я протянул бумагу, показывая кольцо губернатора. Судя по выражению, он брезговал прикоснуться к бумаге, но, сделав над собой усилие, все же прочитал послание.

— Ганд, его надо допросить. Это может быть ловушка, — как же ты меня бесишь, урод. — Пауки всегда мастерски их устраивали.

— Тысячник, это измена, — я с трудом сдерживался, чтобы не вбить свой кулак в его лицо.

Гнев медленно трансформировался в холодную ярость. Я не для того пережил весь этот ужас, чтобы какой-то выродок все похерил.

— Заткнись! — голос этого любителя косметики для усов приобрел визгливые нотки. — Под стражу его! Отправить разведчиков в город, пусть доложат, что там происходит, — вот, значит, как ты решил, выродок, теперь куда понятнее его характеристика — патологический трус.