Княжич Юра III

Хотя, я бы, пожалуй, будь моя на то воля, всё ж и этих будущих офицерчиков толчки бы за собой драить-то заставил бы! И не из злорадной вредности своей, а только и исключительно пользы для. Из совершенно прагматичных соображений. Таких, что: офицер, как непосредственный командир и организатор жизнедеятельности подчинённых ему людей, должен понимать в полной мере все стороны и элементы быта с жизнеобеспечением этих людей. А, если он сам, лично, ручками своими, такой вот грязный момент не пощупал, не прошёл, не прожил, то может о подобной «мелочи» очень легко забыть в своих распоряжениях при распределении личного состава, упустить из виду – а момент-то критичный.

Но, во-первых, моей на то воли нет – я простой Лицеист, а не Император или кто-то из Имперских полных генералов, которые вопрос военного образования знати курирует. Во-вторых: могу, пока что, иметь не до конца верные и полные представления о роли здешнего «офицерства» в реальных войсках. Одарённых ведь, даже статистически, слишком мало, чтобы они могли быть полным аналогом офицерства мира писателя.

Нереально мало. Притом, что ещё и в регулярных войсках службу несут далеко не все из них, хоть звания соответствующие и имеют (если верить Булгакову, а причин ему не верить, у меня нет).

Так что, судить систему не буду. По крайней мере, до тех пор, пока не стану в ней достаточно хорошо разбираться. Или Императором не стану.

В общем, на «ПХД» я, уже «на бис», демонстрировал свои навыки работы с Водой. Только теперь не в масштабе кубрика, который я и так, ежедневно «вылизывал», тренируясь в контроле, а в масштабах казармы.

Точнее: «взлётки» плюс спальное расположение. Бытовые и санитарные помещения не затрагивал – повторюсь: на то специальный персонал имеется. Не фиг лезть, куда не просят.

Смотрелось, наверное, круто. Хотя, кому смотреть-то? Я ж там не один работал – всем дело находилось. Кто-то бегал воду вёдрами таскал, кто-то мыло крошил на взлётку. Кто-то бельё постельное собирал под руководством Семёныча для сдачи его в прачечную… А командиры наши, уверен, и не такое на своём веку видели.

Я же заставлял приносимую воду из ведер выпрыгивать и по полу расползаться тонким равномерным слоем, мыло растворять и впитывать, а потом разделяться и отдельными водоворотами закручиваться, срывая, сдирая въевшуюся грязь с поверхности и надраивая до блеска паркетный лак. Ну и обратно потом по вёдрам «заталкивал» набравшую в себя пыль, грязь и пену воду. Под мою ответственность вся взлётка определена была.