Хладнокровный ублюдок, яростно рвущий аристократов

Пыл моих соперников всё же понемногу утихал, зато у меня желания драться было хоть отбавляй. Всё-таки злость, накопившаяся за последнее время, требовала выхода. Они ответят за всё. И за моё изгнание из клана, и за покушение Воронцова, и за долгую прогулку до Тюмени. За всё.

Ещё одного я отправил хватать воздух ртом, встретив его ногой в солнышко и выбив всё у него из лёгких. Опасный удар, можно так и сердце остановить, но гопник просто рухнул, забыв, как дышать.

Оставшиеся вдруг резко вспомнили про какие-то срочные дела, развернулись и помчались наутёк, бросив товарищей на произвол судьбы.

Не забывая, впрочем, при этом кричать, что меня обязательно найдут, накажут, что мне кранты и всё тому подобное. Слышать такие угрозы от тех, кто улепётывает, сверкая пятками, было довольно забавно.

Поверженные противники тоже расползались в разные стороны. Как тараканы из-под тапочка. Не все, естественно. Некоторые не могли сделать и этого.

Я, неторопливо отряхивая мастерку, подошёл к ближайшему из них.

По иронии судьбы это оказался их главный, который и решил мне дерзить с самого начала. Я присел рядом с ним на корточки.

— Телефон есть позвонить? — спросил я.

Абсолютно без какой-либо злобы или угрозы, спокойным ровным тоном.

Однако невинная просьба привела избитого парня в настоящий ужас, он торопливо пошарил в карманах, дрожащими руками протянул мне простой кнопочный телефон.

— Благодарствую, — сказал я.

Наконец-то я могу позвонить хоть кому-то. Но первым делом нужно было дозвониться до Андрея Степанова, контакты которого мне дал Чернышев.

Время позднее, большинство людей давным-давно спит, но для меня это не помеха. Я заглянул в свои заметки на телефоне, а на другом, кнопочном, набрал нужный номер.

К моему удивлению, номер оказался сохранён у гопника в контактах. Ещё больше я удивился, когда телефон зазвонил у другого побитого товарища, у того, которому я пробил в душу.

— Ну и дела, — пробормотал я, глядя на корчащегося Андрея и тихонько посмеиваясь.

Кажется, залечь на дно на Мысу не выйдет.

— Ты Степанов? — спросил я, бросая ненужный более телефон обратно владельцу и поворачиваясь к своей цели.

Тот кивнул, испуганно глядя на меня снизу вверх.

— Я к тебе от княжича Чернышева. Смекаешь? — произнёс я.

Тот спешно закивал.

— Прости, если больно ударил, — сказал я. — Не рассчитал.

На самом деле я всё рассчитал.

— Дело к тебе есть, Андрей, — сказал я. — Поднимайся.