Я — Орк

Стоило встать у них на пути, как они одновременно скривили мордашки, расцепили ладони и обошли меня с разных сторон, не произнеся ни слова. Из-за вылитой на меня волны ледяного презрения орочья ярость внутри снова зарычала и потребовала немедленно показать остроухим свиньям их место в хлеву.

Вдох-выдох. Нет, так дело не пойдет. Если буду злиться по любому поводу, быстро пропаду, сейчас следует быть максимально осторожным.

Следующий прохожий тоже оказался эльфом. Он недоуменно уставился на выставленную перед ним руку и попытался обойти меня с другой стороны.

Несколько секунд мы играли в молчаливые салочки, пока он просто не присел и не прошел дальше. Вот же урод! Со следующим я решил быть не таким мягким, схватить за шиворот и не отпускать, пока не выложит мне всю правду-матку.

Третий встреченный мной к нашему обоюдному счастью был гномом. Таким классическим широкоплечим бородачом с мозолистыми руками, макушка достигала груди. Он уставился на меня с интересом и удивлением.

Не игнорирует — уже прогресс!

— Уважаемый. — В горле неожиданно захрипело, и я закашлялся. — Где тут… можно… почитать прессу?

— Перебрал вчера? — участливо поинтересовался гном и полез в висевшую на плече сумку. — На, промочи горло.

С благодарным кивком принял у него металлическую фляжку и сделал осторожный глоток. Непонятная жидкость пришлась мне по нраву, хотя и имела странный привкус. Еще несколько глотков побольше, и я неохотно вернул флягу улыбающемуся гному.

А чего это он лыбится? Слабительное мне подсыпал?

— Ну как тебе мое грибное пиво?

— Отлично! — показал ему большой палец, все еще ожидая подвоха. Но нет, он довольно усмехнулся и пошел дальше, махнув рукой на прощание. — Вон там интернет-кафе будет, читай скок хошь.

Не понял? Интернет-кафе?! Я все же не в страдающем средневековье?!

Надежда вспыхнула во мне с яркостью маяка. Я, блин, реально обрадовался попаданию в современный мир.

Любители фэнтези просто не пробовали ходить в туалет на улицу, когда лютый мороз кусает за жопу или удушающая жара не дает нормально дышать, и все это под вонь недельного марш-броска по тундре или джунглям…

Судя по всему, викторианские особняки являлись спальным районом без ничего. Стоило мне выйти на улицу поприличнее, как взор усладила уличная реклама. Многочисленные вывески обещали мне все блага мира, лишь бы денежки в кармане водились.