Я — Орк

Получается, я живу в глухой провинциальной дыре.

С графом Келсетом, неудавшимся насильником Мины, все было еще хуже. Несмотря на не шибко впечатляющий по меркам империи титул (сказал барон, ага), его отец был довольно влиятельным эльфом и владел крупной оружейной мануфактурой в пригороде. Он точно входил в десятку самых влиятельных аристократов Твери, из-за чего можно забыть про расследования и всякие законные методы. И я не Рэмбо, чтобы в одиночку выносить целый дворянский род.

Решение пришло само собой — раз выдался период затишья, пора устраивать ревизию.

Разобраться со своими навыками, поискать какой-нибудь крутой дар помимо антимагии, порешать вопросы с переездом. Жаль, мне не досталось никакого продвинутого интерфейса, инвентаря и прочих плюшек, как из рога изобилия сыпавшихся на обычных попаданцев. Но я не жаловался, иммунитет к магии в магическом мире дорогого стоил.

— Ох… хорошо… давно так уютно не спала. — Мина завозилась у меня под боком, повернулся и уткнулась носом в грудь, шумно вдохнув.

— Вкусно пахнешь… ты как очень большой и добрый медвежонок! Так бы и затискала!

— Меня очень редко называли добрым, — усмехнулся я, осторожно проведя ладонью по рыжим волосам.

Дриада ожидаемо не возражала и даже довольно засопела, так что ничего не мешало мне гладить ее по голове и чесать за ушком. — А ты напоминаешь мне кошечку, которая никак не может определиться, войти ей в дверь или остаться. Будто застыла в дверном проеме и упираешься всеми четырьмя лапками.

— Прости… — тихо вздохнула покрасневшая дриада.

— Ты мне очень нравишься… действительно очень добрый и хороший. Просто… ну… не знаю, как сказать…

— Не хочешь встречаться с орком? — усмехнулся я, перестав двигать рукой. Девушка протестующе засопела и царапнула кожу, пришлось возвращаться к поглаживаниям выгибающей спинку дриады.

— Дело не в этом! Просто… ну… это неприлично как-то… вот так сразу… мы же повстречаться должны пару лет хотя бы, прежде чем поцеловаться.

У меня глаза на лоб полезли. От ее горячего тела меня отделял весьма тонкий слой полупрозрачной ткани, грудь упиралась куда-то в район живота и она рассказывает мне о приличиях? Единственная причина, по которой я не заходил дальше, — не хотел, чтобы Мина вспоминала про неудавшееся изнасилование.

Ну и не любил парадигму, что женщин нужно осаждать. Но здесь-то интерес явно присутствует! Она должна сама сделать первый шаг, а там уже начнем нормальное воспитание.

— Тебе есть дело до чужого мнения? Честно, как-то не замечал.