Род Корневых будет жить! Том 2

Я не знал, как это сделать, поэтому на одну чашу весов положил всю свою золотую ци, а на другую – чёрную. Чёрной было значительно больше, но золотая была весомее.

Взвесив всё, я пришёл к мысли, что нужно продолжать укреплять каналы золотой ци и наращивать ядро.

А ещё я понял, что золотое ядро хорошо развивается, когда я развиваю тело. Занятия с дедом Радимом и фехтование, которому учил меня Мо Сянь, способствуют развитию именно золотой ци.

Что ж, моё решение тренироваться было правильным. Единственное, нужно будет немного скорректировать тренировки – нужно добавить пробежки для выработки выносливости.

И возможно даже бегать нужно будет с утяжелением.

Ладно, про утяжеление я решу опытным путём. Так что, золотое ядро получит развитие!

Что касается чёрного ядра и чёрной ци, мне не хватает контроля.

Первые шаги по контролю чёрной ци я уже сделал – это когда остановился и не стал высасывать всю ци приказчика. Хотя, может, и зря остановился…

Нет! Не зря! Я не убийца! Хотя и убил немало людей.

Но одно дело на войне или защищаясь, и совсем другое – хладнокровное убийство пусть и мерзкого человека, но не угрожающего моей жизни.

Я не уподоблюсь тем, кого ненавижу! Тем, кто легко переступает через человеческие жизни. Я останусь верен себе!

Так что опыт с Сухоруковым – это опыт контроля чёрной ци! И спасибо Ивану Юрьевичу за это! Он предоставил мне возможность взять под контроль свои силы. Теперь я знаю, что в принципе могу чёрную ци контролировать. Осталось научиться держать контроль.

Ну или точнее, управлять потоками. И тут мне поможет медитация! Придётся выделить для медитации дополнительное время ещё и днём.

Разобравшись с ци, я обратился к скипетру.

Перед моим внутренним взором он не лежал, а висел в воздухе передо мной и медленно вращался.

Внутренним взором я видел ещё больше изменений в том, как скипетр теперь выглядел – появилось множество мелких деталей. Они создавали сложный орнамент, в котором наблюдалась некоторая закономерность.

Я рассматривал узор, и он мне нравился.

Кое-где рисунок сбивался или был плохо виден, и я мысленно поправлял его.

И как ни странно, все мои мысленные исправления сохранялись.

И вот, когда я поправил последний штрих – загогулинка была недостаточно закручена, и я закрутил её так же, как были закручены остальные… Так вот, как только я поправил эту загогулину, скипетр засиял. И защитное поле над усадьбой сверху покрылось тонкой сеткой.