Сайберия. Книга 2: Пересмешник

Если бы не пожар, возможно, успели бы выбраться оба. Но князю сделалось худо, и…

— Почему вы бежали?

— Я в любом случае должен был уехать в Томск в ближайшие дни. Отец всё для этого готовил. Была только небольшая заминка с документами. Я ведь приехал в Демидов на том самом поезде, который взорвали анархисты. Сам чудом выжил, документы были утеряны. Отец обратился к какому-то знакомому, чтобы тот выправил мне временный паспорт, но на это нужно было пару дней. Да и мне самому нужно было подлечиться…

Путилин слушал меня внимательно, еле заметно кивая головой.

— А зачем такая спешка? Раз уж князь только недавно разыскал вас — неужели ему не хотелось узнать вас получше?

— Он предвидел, что ему грозит опасность. Говорил об этом напрямую. И меня хотел сплавить из Демидова как можно скорее. К тому же, нужно было успеть к началу учебного года.

— Хм… Ну, а где Василевский вообще отыскал вас? Кто ваша мать?

— Не знаю. После того взрыва в поезде у меня частично отшибло память. Князь пытался вылечить, но с ходу не удалось.

Обещал, что постепенно память восстановится.

— Удобная версия, — усмехнулся сыщик.

— Какая уж есть, — я пожал плечами.

— Но, раз вы сын Василевского, значит, и Дар его переняли? Вот только аура ваша не очень похожа на ауру целителя. Да и вообще слишком… слабая. Я даже не вижу ярко выраженных узлов.

Значит, я всё-таки прав, и он видит эдру через эти свои окуляры. Но явно хуже, чем я. И как же всё-таки я угадал с тем, что успел рассеять Аспект Зверя…

— Потому что Дар слабый.

Лечить я никого не могу. Разве что на мне самом всё заживает быстро.

— Ну, это у всех нефилимов так. А в чём же тогда проявляется ваш Дар?

— Пока только в том, что я… как бы это сказать… иногда могу видеть эдру. В предметах, в людях. Только и всего.

— Только и всего! — фыркнул Путилин. — Не стоит недооценивать это умение, молодой человек. В моей работе, к примеру, оно было бы просто незаменимо. Так именно поэтому вы нашли тело? Увидели какой-то след?

— Не совсем. Я разглядывал потоки эдры в дереве.

И потом уже… Да, собственно, вы уже всё знаете. Первым тело увидел Кочанов, я просто привлёк внимание.

— Значит, просто случайность? Не заметили больше ничего странного? Необычного?

— Знаки какие-то странные, — чуть помедлив, ответил я. — Нацарапаны были на коре.

— Да, я тоже видел. Шаманские символы.

— И что они означают?

— Да кто ж знает? — вздохнул сыщик. — Это мёртвый язык сибирских аборигенов. Подобные знаки много где можно увидеть.