Системный геймер

— Чего ты хочешь, Варра?

— Откуда ты знаешь мое имя? — прорычала орчанка, чуть придвинув меч к горлу Вики. По нежной коже прикусившей губу девушки потекла тонкая струйка крови.

— Я много чего знаю, — мрачно посмотрел сначала на последнего выжившего орка, а потом на Варру. Врагов оставалось двое, так как раненый моими призрачными клинками, истекал кровью. Скорей всего уже не жилец. А вот уцелевший мечник легко отделался, собаки всего-то разодрали ему штаны в районе жопы. — Все ваши друзья мертвы, вы последние. Советую уйти подобру поздорову.

— Не тебе нам указывать, хуман! Заткнись, или я убью ее!

— Меня вообще-то Кирилл Строганов зовут, приятно познакомиться, — я издевательски поклонился и продолжил. — Сейчас твое единственное преимущество — Вика. Убьешь ее и вы все умрете. А так я предлагаю тебе сделку.

— Договариваться с нелюдями? Кир, не мели чепухи, — начал было Потемкин, но был вынужден прерваться. Огненный кулак в челюсть кого угодно научит не встревать в чужие разговоры. Князь приземлился на землю и с обидой уставился на меня, потирая обожженный подбородок.

— Какую сделку? — мои слова и поступки явно удивили орчанку, теперь от нее исходило куда меньше враждебности, чем минуту назад.

— Отпустите Вику и уходите, мы не будем вас преследовать. Даю свое слово.

— Слово хумана не значит ничего! — рыкнул орк с дырой на жопе. Я уже собирался тоже познакомить его с манерами при помощи кулака, как Варра заставила его замолкнуть одним взглядом, после чего уставилась на меня.

Мы играли в глядели не меньше минуты, пока орчанка неохотно отвела меч в сторону от Викиного горла.

— Лена, ты вроде хотела подмогу вызвать? — обратился я к Голицыной, подчеркнуто потеряв к оркам интерес. Через минуту они скрылись в зарослях, забрав с собой тела и безрукого, который к моему удивлению был еще жив. Наверное, его чем-то подлечили. По крайней мере кровотечение у него прошло.

Потемкин уже поднялся и хотел было что-то сказать, но замолк при виде моего кулака у носа.

— Да, точно, — с сомнением ответила девушка. Она направилась к каддику.

Я же занимался довольно важным делом: утешал Вику. Девушка рыдала навзрыд, прижимаясь к моей широкой (ха-ха) груди, пока я гладил ее по спине.

— Ты… ты… снова меня спас! Как тогда в детстве! Спаси-и-ибо… они все не понимают… почему я… с тобой… а ты такой хороший! Ки-и-ир! — ее слова постоянно прерывались новыми рыданиями.