#Бояръ-Аниме. Романов. Том 8

И я по-прежнему не слишком рад такому повороту событий. Но смерть Кирилла Руслановича многое перевернула с ног на голову, и выбора у меня уже не осталось. Мы ведь не рассматриваем всерьез возможность выйти из рода, чтобы сохранить положение ни за что не отвечающего человека. В новом положении есть как свои минусы, так и свои плюсы. С одной стороны, я буду тратить время и силы на то, чтобы заботиться о своих подданных, а с другой, у меня будет больше рычагов для принятия нужных мне решений. Да, это не совсем то, чего я хотел, но жизнь идет дальше, и нужно двигаться вместе с ней.

Романовы получили к своему Казанскому княжеству мое Красноярское, и это очень серьезный шаг вперед для всего рода. И должен заметить, крайне выгодный шаг. Причем выгодный и мне лично. Моя семья очень многое для меня значит, и я бы не посмел предать ее интересы ради собственных прихотей. Я не капризный мальчик, я княжич. Теперь уже князь.

— Не род для человека, а человек для рода, — кивнула в ответ на мои слова Виктория.

— На том и стоим, — подтвердил я, после чего взял ее за руку и погладил пальцы. — Да и потом, так или иначе, возвращать такой подарок государю? Я не самоубийца.

— Да, царь мог бы не понять, — с легкой улыбкой ответила Виктория. — А так он еще прочнее нас связал, вручив мне город, который входит в твое княжество.

Я улыбнулся, гладя ее пальцы.

— Своеобразное напоминание, кому быть главой семьи, — посмеялся я негромко. — Впрочем, все равно все княжество будет принадлежать нам двоим.

Дальше мы ехали уже молча. Моя невеста явно устала, я, впрочем, тоже израсходовал свой заряд бодрости. Так что когда машины рода Романовых заехали на территорию гостиничного комплекса, мы оба вздохнули с облегчением.

Машина градоначальника замерла чуть в стороне. Сам боярин Островерхов выбираться наружу не стал. Нас же встретили сотрудники гостиницы, и как только мы с Викторией вошли внутрь просторного и богато украшенного холла, градоначальник уехал досыпать.

Нас проводили к стойке регистрации, где улыбчивая девушка в униформе, стилизованной под восемнадцатый век, вручила ключи от нашего номера.

Как и полагается для моего статуса, нам принадлежал самый верхний этаж. Виктория, разумеется, разместилась на предпоследнем — все же не жена пока что, в одних покоях жить не стоит, чтобы не порождать сплетни.

Я, конечно, на злые языки в отношении себя внимания не обращаю. Но за попрание чести моей невесты придется ведь убивать.