Рунический маг.

В письме говорилось о подозрительно удобном времени этих обрушений, которые всегда происходили прямо перед крупной забастовкой рабочих.

С торговцем Ликаоном же все было еще проще. Стандартные махинации с бухгалтерией. Плюс налоговые выплаты были уж слишком маленькими даже с учетом всех этих факторов. Очевидно, чиновники принимающие упомянутую налоговую выплату также были замешаны и имели свою выгоду и долю.

И это не считая того что каждый помимо незаконной деятельности по уши был завязан в разных аморальных даже по местным меркам поступках.

Тем не менее Михаил позаботился о том, чтобы приложить некоторые доказательства ко всем письмам. Каждое письмо заканчивалось одним и тем же сообщением — существуют копии, надежно спрятанные и ожидающие своего часа, если получатели не подчинятся. Теодор предложил им альтернативу, позволяющую сохранить лицо — «инвестицию» в его начинания. Он обещал хорошую прибыль, шанс получить хороший доход, сохраняя при этом свои маленькие секреты .

Но у Михаила были и другие планы помимо банального шантажа ради денег.

Попаданец уже обдумывал, как использовать этих троих для борьбы с работорговлей зверолюдьми. Рабство было гноящейся раной на теле общества, с точки зрения законопослушного современного человека, которым и являлся новый лорд Теодор. Михаил не мог смириться с мыслью о том, что разумных существ вырывают из их домов и обращаются с ними как с собственностью. Зверолюди заслуживали лучшего, чем быть закованными в цепи и проданными, как обычный скот.

Хотя Михаил понимал, что те, кто участвовал в этом отвратительном акте, были лишь меньшей часть этого общества. И что зверолюди были иногда ничем не лучше, но это не могло служить оправданием тому, чтобы оставить всё как есть. Тем не менее он сдерживал себя и действовал постепенно и осторожно. Михаил не был настолько глуп. Да он был безнадежным идеалистом в некоторых вопросах но тут даже он понимал как тут все повязаны друг на друга. Землянин прекрасно осознавал тот факт, что эти трое богатых мужчин были лишь винтиками в гораздо более крупной и коварной машине.

Декарт и Квинси, вероятно, были просто игроками низкого и среднего уровня, наживающимися на страданиях других. Ликаон, однако, был, скорее всего, ближе всех к источнику работорговли в этом регионе. А остальные больше походили на конечных потребителей. Ликаон был тем, кто мог оказаться жизненно важным звеном в цепочке. Но если нацелиться на подчинённых, это не разрушит всю прогнившую систему.