Князь Барятинский 3. Чёрный город

Она снова отвела взгляд. Молчала так долго, что я уж было подумал — аудиенция окончена. Но вот вновь зазвучал её отстранённый голос:

— ...мой отец — очень сильный белый маг... ...а я не могу похвастаться даже первым уровнем... ...говорили, что это возрастное... ...что это пройдёт... ...мне скоро восемнадцать... ...и что же?..

— Что? — вежливо спросил я.

— ...ничего, — откликнулась Аделаида и показала мне руку, затянутую в перчатку.

Тонкая кожа была надорвана у запястья. Зацепить её таким образом по случайности вряд ли бы получилось.

Перчатка выглядела так, словно её намеренно ухватили за край — например, зубами — и надорвали. Не удивлюсь, если именно так и было.

— ...мой отец мановением руки может восстановить разрушенный дом, — сказала Аделаида. — ...а я?.. ... даже перчатку... ...видите?..

Я, подумав, сел на ледяную скамейку рядом с ней. Справедливости ради — умением утешать барышень в прошлой жизни похвастаться не мог. Здесь же, обзаведясь сестрой-близнецом, находящейся в ранимом подростковом возрасте, я волей-неволей освоил ещё и это искусство.

— Мне кажется, ваш отец слишком строг к вам, — сказал я. — То, что он — сильный маг, вовсе не означает, что вы непременно должны перенять его навыки.

— ...отец?.. строг?.. — В голосе Аделаиды, наконец, зазвучала эмоция: удивление, но чтобы её различить, нужно было привыкнуть к её манере говорить. — ...отец исключительно добр ко мне...

Тут я заметил, что возле Аделаиды на скамье лежит измятая, потрёпанная брошюрка. «Развитiя магическаго уровня.

Тѣорiя и практика», — прочитал знакомое название.

— ...просто я — бездарность, — закончила мысль Аделаида.

Впрочем, может быть, это была уже следующая мысль.

— ...прошу простить мою порывистость... — почти прошептала Аделаида. — ...я не должна была так откровенничать... ...тем более с незнакомым человеком...

— Во-первых, мы с вами познакомились, — напомнил я. — Во-вторых, между позывами разорвать перчатку и начать биться головой о стену однозначно стоит выбирать первое. Поверьте моему опыту: голова — предмет более ценный.

И починить её сложнее, чем перчатку. Так что, с этой точки зрения, вы поступили совершенно правильно.

Мне показалось, будто уголки губ Аделаиды чуть дрогнули, попытавшись приподняться.

— А ещё, — взяв в руки брошюру, проговорил я, — у меня, например — восьмой уровень владения магией. Но, представьте себе — я не умею чинить ни перчатки, ни головы.

— ...вы просто пытаетесь меня утешить, — сказала Аделаида.

— Отнюдь.