Не беси Комаришкина

— Четыре колеса везут тушу, а два — носят душу!

Я не соглашался, мотивировал тем, что и на четырех колесах я не менее свободен, но передвигаюсь с большим комфортом.

Сидящие поблизости отчетливо фыркнули услышав слово «комфорт», прям, как будто я выругался в приличном обществе.

— Комфорт, это иллюзия! — заявил мой собеседник. — Только преодоление трудностей позволяет жить полной жизнью.

Я покивал, но остался при своем мнении, просто не считаю, что трудности надо организовывать себе самостоятельно, мне их подкидывают все кто ни попадя, причем со всех сторон.

А двухколесник — это вообще не трудности, а простое неудобство в передвижении.

На экране над баром начались вечерние новости и там показали мое фото, а потом нарезку из сюжета с пулеметами. Ведущая вкратце рассказала об объявлении кланом Рысей войны и их неудачах за первый день ее ведения. Сюжет закончился моим селфи на фоне банковских тележек с деньгами.

Сюжет мотоколесники встретили одобрительным ревом и тостами «За свободу!».

Поддавшись моменту я объявил:

— Гуляем за мой счет! До утра! — меня захлестнула ностальгия о прошлой жизни и я решил ей не препятствовать.

Я пил со всеми, не пропуская тостов, многие фотографировались со мной и подбивали меня «показать класс» на мотколе. Я упирал на то, что еще не все выпито, а значит — еще рано и эти фразы встречали полное понимание.

Несколько раз меня вызывали на игру «кто перепьет» и я неизменно выигрывал оставаясь на ногах, а вызывавший утыкался лицом в столешницу.

Народ чествовал победителя очередной ударной дозой алкоголя, а после пятой победы меня приняли в почетные члены Вольных волков весьма странным ритуалом. Бармен вытащил из под стойки весьма странный стакан, больше похожий на деталь механизма, намешал в него коктейль, поджег его и нахлобучил на мою голову весьма побитый защитный шлем.

Мотколовцы заорали «Пей до дна», я и выпил, опалив себе брови. Стоило стальному стакану брякнуть дном об стойку, как, кто-то сзади, охавячил со всей дури меня по шлему гнутой железякой.

А когда я повернулся разобраться с этим наглецом, народ заорал: «Устоял! За мотбратана!» и подняли кружки с пивом.

Бармен втолкнул мне в руку огромную кружку с пивом литра на два, я заорал в ответ «За братство» и в несколько больших глотков осушил ее, уж больно мерзкий по вкусу коктейль подсунули и срочно требовалось смыть из горла горечь.