Род Корневых будет жить! Том 3

Продолжая одной рукой удерживать её бедро, я второй рукой потянулся к её груди и взявшись за сосок, вызвал ещё один стон девушки. Внутри у неё всё сжалось, и мы финишировали одновременно.

– Хорошо, – прошептал я, восстанавливая дыхание. – Но мало!

И мой член откликнулся на мои слова, снова набухая.

Матрёна, как хорошая девочка, тут же начала ласкать меня, приговаривая:

– Владимир Дмитриевич… Владимир Дмитриевич…

Ну и я не стал миндальничать, разложил Матрёну прямо на полу в гардеробной.

Бесстыдно разведённые в стороны колени девушки не только ничего не скрывали, но наоборот, всё выставляли напоказ.

И набухшие губки, влажные не только от своего сока, но и от вытекающей спермы, а также запах девушки вызвали непреодолимое желание поскорее войти в неё, что я и сделал, снова почувствовав жар её желания.

В этот раз я брал Матрёну не спеша, растягивая удовольствие, время от времени прикладываясь к её груди, чем всякий раз вызывал новые стоны.

В конце концов мне стало невмочь сдерживаться, и я ускорился.

И когда достиг пика, почувствовал, как Матрёна забилась в моих руках в очередном оргазме.

Эх, и почему у меня в спальне нет душа! Упущение всё-таки! Всякий раз в баню не набегаешься. Да и в столовой уже ждут.

Обтершись поданной Матрёной рубахой, я сказал:

– Я ж чего здесь-то… Мне ж одежда нужна!

– Да-да, – подпрыгнула Матрёна, и её обнажённые грудки подпрыгнули вместе с ней.

Она сразу засмущалась и попыталась подтянуть вверх платье, которое я так и не снял с неё, но под моим раздевающим взглядом засмущалась ещё сильнее.

Матрёна перестала метаться и покорно встала передо мной – взъерошенная, раскрасневшаяся и оттраханная.

– Я же приготовила вам одежду, – она показала на висящие на отдельной перекладине рубахи, камзолы и штаны.

– Ну так давай! – сказал я, чувствуя, что ещё чуть-чуть, и мы пойдём на третий круг.

Матрёна это тоже почувствовала. А потому вместо того, чтобы нести мне одежду, она распустила какие-то завязки и стянула платье с бёдер.

Платье упало к её ногам, и девушка стыдливо потупила глазки.

Какая у неё всё-таки ладная фигурка. Не такая утончённая, как у Полины, и не такая тренированная, как у Марты. А главное, доступная!

Матрёна не выделывалась, ничего из себя не изображала. Она была готова для меня на всё, что угодно.

И как ни странно, именно эта готовность являлась той ложкой дёгтя, что портит замечательный мёд.

– Хороша! – похвалил я девушку. – Но мне пора на завтрак, там меня уже заждались.