Рысюхин, шампанского!

Так вот, теперь подумай и скажи – можно ли это вот в принципе испортить, хотя бы теоретически?»

Я подумал. Подумал-подумал, и…

– Ты узнаешь её по вымени!..

Причём в исполнении деда «археологи» превращались почти в «архи-олухов», и, я думаю – он этого и хотел. Так, распевая песни, в том числе – и уже запущенные в мой мир, например – «пиратские», из того забавного мультфильма, а также и те, что выпускать никак нельзя, но их уже – только внутри себя, хоть никто и не мог бы меня услышать в закрытой кабине движущегося автомобиля.

Домой приехал уже в десятом часу, на улице стояла настоящая ночь – а ведь ещё совсем недавно в это время гулять ходили, в сумерках. Да уж, на лице мира наступает осень и приближается зима. Сезон закладки запасов – и выдержанных напитков на следующий год, а также разлива дозревших. А значит – в разы больше работы с договорами и прочими документами. Я со штатом управляющих порой в голос выть готов, и даже не хочу пытаться представить, как бы выкручивался в одиночку. Ну вот, сам себе настроение испортил объёмом работы – и тут же улучшил, сообразив, на кого можно будет скинуть большую её часть.

Дома меня встречали две кошки – Мурка и Мявекула, и хоть одна из них была человеком – головой об меня тёрлись почти одинаково. Потом был душ и ужин, во время которого пришлось выслушивать длинный рассказ супруги о том, как она провела двое суток, хотя по мне так там всё можно было уложить в две-три фразы, я имею в виду – значимую часть. Мне, например, это вполне удалось. А кошка растеклась по коленям в позе, какую я в жизни не заподозрил бы в удобстве, скорее счёл бы пыточной, и милостиво позволяла гладить её и даже чуть-чуть чесать пузико.

Глядя на это чёрное мурчащее пятно вспомнил дедово определение: «К-жидкость – сверхтекучая, сверхволосатая, сверхлипкая». Да уж, прилипла – не отдерёшь, да и отдирать-то не хочется.

[1] Вопреки всё ещё существующим стереотипам, царские офицеры, по крайней мере – до полковника, в нашей реальности отнюдь не жировали. Уже давно ходят по рукам сведения, что к 1914 году у штабс-капитана по штатам мирного времени оклад денежного довольствия был около 42 рублей.

Правда, это были не все положенные выплаты, о чём многие «источники» умалчивают – по незнанию или по иным соображениям, не знаю – ещё полагались деньги за должность, за выслугу, за награды, мундирные (эти выплачивались не каждый месяц), можно было не питаться по месту службы, а получать «котловые» наличными – в диапазоне 15-20 рублей.