Рысюхин, шампанского!

Да и «не откровенный» хлам тоже получить не хотелось бы, так что человек, разбирающийся и в оружии, и во внутренней армейской кухне будет при получении подарка необходим.

Ещё такой момент, что прислать туда просто приказчика на грузовике было недопустимым со стороны светского этикета. В идеале принимать подарок следовало лично, но для случая с оружием кандидатура командира гвардии выглядела приемлемой со всех сторон заменой, особенно с учётом его, пусть недолгой, службы в качестве офицера этого же гарнизона.

Ещё одной тонкостью было время обращения за подарком. Приедь я туда прямо с приёма, по пути из Питера, это расценили бы как неуместную торопливость и жадность. Более того – мог получиться обидный и оскорбительный конфуз, если бы Канцелярия не успела подготовить и прислать необходимые документы. Но и долго тянуть с получением тоже нельзя – тут уже светит обвинение в неуважении к дарящему, что, с учётом того, КТО сделал подарок – такое обвинение хуже многих подозрений в откровенной даже уголовщине.

– Ещё, пока не забыл и пока мы не заключили договор. Как вы относитесь к Отдельному Корпусу жандармов и его служащим?

– Да, собственно, никак. Да и не сталкивался с ними – разве что добрая треть каторжан, что через нас проходили, были туда отправлены именно усилиями жандармов. А что, намечаются какие-то проблемы с ними?

– Наоборот. Я сам являюсь внештатным экспертом-криминалистом в минской лаборатории, в каком-то смысле – жандарм. И если бы у вас было предубеждение…

– Нет, предубеждений нет.

– Химический анализ сложных, в первую очередь – органических составов и смесей. Качественный и количественный. И я не единственный, кто связан с Корпусом. А именно, мой тесть – служит в Могилёвском управлении Корпуса не на последних ролях.

– Нет, с этим проблем не будет.

– Замечательно! Сразу предупрежу, что я использую свои знакомства в жандармерии для проверки кандидатов в дружину на отсутствие проблем с законом и лояльностью в прошлом.

– Разумная мера. Пусть для кого-то неприятная, а кое-кто и вовсе может счесть оскорбительной, но – разумно.

– А если кто-то вдруг начнёт оскорбляться – это, на мой взгляд, повод присмотреться к нему внимательнее: что это он так напрягается, может, ему есть, что скрывать?

– Я сразу так не могу ответить, но мысль кажется… обоснованной.

– Тогда жду вас в Могилёве где-то в начале следующей недели.