Ниочёма - 2

Может, как и давеча в Воронеже, здесь отбирают перспективные кадры для элитных групп? Очередная евгеническая программа?

Задания были сложные… для гимназии. Наверное. Нужно было продемонстрировать модификацию любого из двух дюжин типовых конструктов, входящих в гимназическую программу, а после объяснить, как эта модификация работает и какую функцию выполняет каждое изменение. У Олега выбор конструкта не занял даже секунды. Один взмах рукой, и над его головой засветился маленький желтый светлячок. И всё бы ничего, но в качестве проверяющего ему досталась та самая злобная тётка.

Оленева.

- Это не засчитывается! – возмущённо заявила она. – Этот конструкт описан у Недольмана!

- И что? – меланхолично спросил её Песцов. - Модификацией является? Является. В программу гимназии не входит? Не входит. Объяснить суть модификации я в состоянии. То есть, работа полностью соответствует заданию. У вас есть возражения по существу, не продиктованные личной неприязнью?

Наверное, если бы не спокойно-равнодушный вид Олега, не его менторский тон, тетка бы сдержалась.

Тем более, что формально парень был абсолютно прав. И неформально тоже был прав: личная неприязнь к нему имелась, и немалая. Ведь именно он был виновен в крушении надежд всего рода! И Оленева сорвалась:

- Как ты смеешь так разговаривать со мной, сопляк!

Голос пацана не изменился. Так же меланхолично и спокойно он заявил, нагло глядя судейской тётке в глаза:

- Госпожа Оленева, напоминаю, что вы находитесь в общественном месте, так что извольте вести себя соответственно.

А также я требую, чтобы вы обращались к главе рода подобающим образом, иначе роду Оленевых придется выплатить виру за нанесенное оскорбление. Тот факт, что вы старше меня, не дает вам права меня оскорблять.

Оленева аж задохнулась от гнева: какой-то недоносок смеет учить её манерам. Да еще и угрожает вирой! Лицо её начало наливаться кровью.

- Ты! Малолетний ублюдок! Я сейчас тебя в порошок сотру! Ты знаешь, с кем говоришь?

- Довольно, госпожа Оленева, - прервал её Песцов.

– Вы уже сказали вполне достаточно для разбирательства в арбитраже.

Он вынул из кармана телефон и нажал несколько кнопок.

- Я подал в арбитражный суд при Московском Магическом Архиве заявление о неспровоцированном оскорблении главы рода и передал туда всю нашу содержательную беседу. Больше я с вами напрямую общаться не намерен.

Олег развернулся и подошел к столу, за которым сидела комиссия.