Жандарм 3

От меня например потребовались не только деньги, но и подпись в доверенности на работу от моего имени, подпись о передачи права открыть счет на получение дивидендов и подпись об оплате услуг самого Виталия Эрнестовича. Попытавшийся вмешаться Анатолий был мягко «послан» стряпчим, с аргументом, что не нужно умалять мою честь тем, что за меня будет платить по счетам кто-то иной.

Мои четыре тысячи, как и планировал, должны быть вложены поровну в РуссоБалт и Сименс. Анатолий инвестировал не в пример большую сумму.

Аж двадцать тысяч рублей! И на большую часть он планировал выкупить акции Руссо-Балт, оставив на акции компании Сименс лишь «жалкие» пять тысяч.

Когда все формальности были улажены, повеселевший Боголюбов в своей манере предложил это дело отметить в ресторане.

— Без такого ни одно начинание удачно не пойдет, — заверял он меня.

В принципе, больше особых планов у меня не было, кроме неясных пока мыслей насчет посещения Хитровки, и я согласился.

Мы пришли в ресторан огни Москвы практически к самому открытию.

Три часа пополудни — для рабочего класса это самый разгар дня, для дворян и высшего сословия — лишь его начало, вот и данный ресторан и открывался лишь после обеда.

Можно сказать, что Боголюбов выгодно отличался от многих иных молодых аристократов, которые в основном кутили по ночам и прожигали достояние своего рода.

Это все я заметил по собирающимся в ресторане людям, их выражению лиц, отношению к ним и нам официантов... Почему-то стало гадостно от осознания, что пока такие как Василий или Акинфей с Сергеем горбатятся на заводах и фабриках, другие могут позволить себе выкинуть за поздний завтрак больше сотни рублей и еще считать это «мелкой» суммой.

Один молодой парень за соседним столиком всерьез пожаловался своему приятелю, что стал стеснен в средствах и вынужден заказать всего лишь легкий салатик, бутылку французского вина и рагу из медвежьего языка, а не что-то более существенное.

Эта атмосфера неожиданно придавила меня.

Я чувствовал себя в ресторане чужим и неуместным, поэтому не смог просидеть больше получаса. Ровно столько потребовалось официантам собрать нам заказ, а мне его быстро «уничтожить».

— Спасибо, но я пойду, — встал я из-за стола.

— Уже? — удивился Анатолий. — А я хотел позвать тебя в салон госпожи Миргалидзе. Она недавно при странных обстоятельствах овдовела, после чего по слухам любит оставить у себя в гостях приглянувшихся ей молодых людей...