Токийский полукровка #1: Разборки в средней Тосэн!

Еще никогда я не видел, чтобы подобным образом одновременно сокращали дистанцию, уходили с линии атаки и при этом успешно атаковали. Я не знаток кендзюцу, но сомневаюсь, что это обычный прием, особенно, если учесть повышенный вес тренировочного субурито и ту сверхчеловеческую скорость, что продемонстрировал Акихико. Даже мне, находясь на большом расстоянии, с трудом удалось разглядеть его движения. Что уж говорить о якудза, которые стояли всего в паре метров от командира босодзоку. Должно быть в их восприятии все это выглядело, как единое смазанное движение.

Вот сопляк босодзоку со страху чуть не падает господам из якудза в ноги, а вот берет себя в руки и вновь возвращается в вертикальное положение. И так бы все и было, если бы не одно «НО», что валяется бездыханным трупом на храмовой мостовой, заливая ту кровью из смятого, грубо разрубленного посредине лица. Но якудза, не были бы якудза, не имей они яиц. К их чести, они даже не дрогнули от столь скорой расправы над товарищем, а наоборот - набросились на Акихико, готовые порезать борзого сопляка на сашими.

Только этот самоотверженный порыв не заканчивается для них ничем хорошим. Первый якудза ловит скользящий удар боккеном куда-то в область уха, отчего уходит в грогги, его ноги «пританцовывают». Второй пытается воспользоваться тем, что красноволосый открылся во время выпада, и тыкает острием вакидзаси Акихико в живот. Но командир босодзоку с лёгкостью читает намерения главного якудзы и своевременно скручивает корпус, пропуская лезвие по касательной.

После чего наносит ответный удар по кисти, которая сжимает рукоять сёто. Это конец, дальше без шансов.

Отлетевший в сторону, вакидзаси со звоном задорно «скачет» по брусчатке, а его бывший владелец, стоя на коленях, баюкает сломанную кисть, с неподдельной ненавистью, гладя на командира босодзоку, который заносит тренировочный меч для заключительного удара. Взмах боккена и зубы якудза, превратившееся в кровавое крошево, оскверняют храмовую площадь, а сам он валится навзничь, повторяя незавидную судьбу своего товарища.

Оставшийся на своих двоих якудза, отошедший от состояния грогги, нападать не спешит. Могу его понять, храбрость и идиотизм — разные вещи. Только что командир босодзоку доказал, что находится на совершенно ином уровне. Понимая это, якудза вместо эскалации конфликта, в котором ему ничего не светит, меняет тактику - переходит к переговорам и что-то говорит замершему на месте Акихико.