Возвращение ликвидатора. Новая угроза #3

— Все, больше лезть не буду. Делай, что должен”.

— Итак? — первым нарушил молчание Кузнецов.

— Вы хорошо знакомы с историей Вторжения, Федор Михайлович? — начал я с вопроса. — То есть, я понимаю, что эти события проходили на ваших глазах, но насколько вы осведомлены о неких деталях того времени?

— Неожиданно! — крякнул маршал. — Хм, ну, скажем так, достаточно осведомлен. В том числе и о ряде операций, которые не попали в официальные учебники истории.

— Это хорошо. — кивнул я. — Тогда, должно быть, вы должны помнить о неком новусе с очень редкой функцией? Его звали Иваном Польских, и он был Ликвидатором.

Удивить я его сумел. Не знаю, чего он ждал, когда отдавал приказ на этот протокол “Завеса”, чем бы он ни был, но точно не этого. Даже подвис на минуту, явно копаясь в памяти.

— Был такой. — осторожно произнес он, наконец. — Лично мы с ним знакомы не были, но слышать о нем, слышал. Очень своеобразный молодой человек… Погоди, а ты-то про него откуда знаешь?

Догадка озарила его лицо. Ну, как бы, сложно не понять таких толстых намеков.

Как он сам сказал, славные деяния Ляха не попали в официальные учебники истории, оставшись лишь в памяти очевидцев, да в засекреченных архивах охранителей престола. И тут пацан без рода и племени вдруг упоминает об этом (не)герое войны. Да еще с таким видом, что мог бы много о нем рассказать.

— Погоди-ка… — растерянно протянул маршал. — Не хочешь же ты сказать… Ну да, все сходится! Эта мутация — его наследие?

— Вы решили, что я его потомок? — хмыкнул я.

— Ох, если бы, Федор Михайлович! Тут все немного сложнее, и в то же время проще. Я он и есть.

Чем хороши умные собеседники, так это проявлением реакции на неожиданность. Скажи я подобное кому-нибудь из одноклассников, меня подняли бы на смех. Любому взрослому — отправился бы на прием к психиатру. Ледящеву — попал бы в закрытое НИИ до конца своих дней. А вот Кузнецов только надавил пальцами на глазные яблоки, массируя их, и в упор посмотрел на меня.

— Занятно. И как ты оказался… — он обвел рукой стоящего перед ним подростка, и закончил: — Таким?

В следующие несколько минут я рассказал Кузнецову сжатую версию своего прошлого.

Начал с того момента, как отправился в Сингапур, чтобы уничтожить, как я тогда думал, Маяк. Пичуга не мог бы нигде нарыть подобных данных, ведь операция планировалась сингапурскими новусами и очеловечившимся Чистильщиком. Не уверен, что в архивах здешнего ФСБ есть полный отчет о том, что там случилось.