Кодекс Инквизитора. Книга V

Днём раньше, днём позже, какая разница? Дерзай, девочка, быть может, у тебя получится удивить общность сущностей или же рассмешить до колик в животе. Дуракам везёт, но это не тот случай, поверь мне.

— Может, и так. Не попробуешь — не узнаешь. Видишь ли, Мара, я отдаю предпочтение действию, нежели бездействию. Раз у тебя нет годного средства от инкубского обаяния, просвети насчёт этой штуки. Взяла у Рюрика трофеем, а что с ней делать — ума не дам, — выудив из хранилища изумрудную скрижаль, протянула богине.

Глава 5

— Так где ты, говоришь, взяла скрижаль? — сквозь зубы процедила Мара.

Странно… чего это она взбеленилась?

— В подземельях Императорского разлома затрофеила: апартаменты Рюрика, ничтоже сумняшеся, вынесла подчистую. Гвоздя ржавого не оставила. Баночки, скляночки, порошки всякие, некроманская библиотека к рукам прилипла. Что с боя взято — то свято! И не надо на меня смотреть с классовым презрением и враждебностью! — зачем-то начала оправдываться я.

— Плевать на мародёрство! Меня по большей части интересует, откуда у князя взялся артефакт Кощея?

— Того самого? Бессмертного? Мужа твоего? — поинтересовалась я, покрепче прижимая скрижаль к груди.

— Чересчур много вопросов, козявка, но так уж и быть, отвечу. Тайны в этом особой нет. Ты права, он действительно был условно бессмертен, как и прочие высшие сущности. Кощей — младший сын Чернобога, моего законного мужа, — изрекла Морана, и её взор расфокусировался, будто она о чём-то крепко задумалась.

— Почему был? — не выдержала я краткой паузы.

— Не перебивай, княжна! Обо всём по порядку.

По меловому лицу Мары прошла тень. Казалось, что она вот-вот прольёт слезу горючую, но богиня собралась с мыслями и продолжила:

— Я любила Кощея так же сильно, как ненавидела супруга. Высшие первого порядка прознали о нашей связи, и пантеон богов разделился на два лагеря. На ту пору Кощей был весьма могуч. Некроманты во все времена славились магической мощью. Энтропия — штука серьёзная. Настолько, что сам Чернобог не решился на конфронтацию, но тем не менее нам пришлось покинуть Правь и осесть в Нави.

— Некротическая пирамида — Кощеева работа? — осведомилась я.

— Именно, княжна. Истинное творение некромагического искусства и лебединая песнь Кощея во славу меня. Последняя песнь.

— То есть?..

— То и есть. Сёстры предали меня. Испугавшись нашего вероятного могущества, вмешались в ритуал активации зиккурата. Печать Чернобога пожрала Кощееву душу и переварила в ненасытной утробе.