На зов шторма

— Вот уж нет, мне в холод не хочется, сами разберётесь, — отмахнулась она, полностью истончаясь и тая, удаляясь из обители старших богов.

— Осталось только найти поблизости хотя бы три человека, которые выдержат кратковременное вселение, — пробурчал Ларуа. – Будет немного неприятно, если они рассыпятся в прах посреди разговора или в момент удара. Прыгать по умирающим телам – та ещё морока. Да и люди на это обычно плохо реагируют.

***

Налетевший ветер разогнал тучи, яркое весеннее солнце осветило деревню, вознаграждаясь робкими, но счастливыми улыбками местных жителей.

Флюгеры, впервые после многолетнего ржавления на одном месте, наконец развернулись, заскрипели, указывая новое направление пришедшей воздушной стихии.

Северяне вдруг затянули какую-то странную мелодию, в которой я не мог разобрать слов, только напев, причём какой-то тоскливый, но делали они это с улыбками на лицах.

А тут ещё Фраус со своими предложениями о завтраке… От одной только мысли о еде становилось многократно хуже.

Асил протянула мне бурдюк с холодной водой, я тут же с её помощью прополоскал горло от жгучей желчи, сделал несколько жадных глотков воды, но жидкость тут же хлынула назад, орошая землю под ногами. Казалось, что ещё немного, и я просто задохнусь в собственной рвоте.

— И долго так будет? – простонал, находя глазами Фрауса.

— Всё индивидуально, — пожал плечами бог. – Согласись, должна быть существенная плата за использование силы подобного ранга. Вообще, ты довольно легко отделался, парень, — он широко улыбнулся.

– Большинство просто… не выживает, — добавил он еле слышно.

Мне, согнувшемся в очередном приступе рвоты, которая грозила окончиться тем, что наружу вылезет желудок, а следом и все кишки, сложно было с ним согласиться, так плохо мне ещё никогда в жизни не было: перед глазами всё плыло, от тошноты хотелось сдохнуть, как то большинство, всё тело трясло так, будто меня изнутри прошивали молнии.

— Вы это чувствуете? Ветер стал теплее! – вдруг закричал кто-то внизу.

Пространство вокруг меня взорвалось звуками, жители, пришедшие отдать дань уважение богу огня, прекратили выть, склонили колени внизу у утеса, а после уже принялись скандировать имя Игникальда, побежали ко мне, хлынули на утёс, протянули руки, желая коснуться хотя бы края моей одежды. Но, благо, здесь были мои наёмники и люди Астрит, которые встали стеной, не подпуская жителей ко мне и держа их на достаточном расстоянии.