Граф Лазарев. Том I

— Все бабы дуры, даже если они лошади! — постарался я утешить коня.

— Ага!

— Усадьбу, говорит, заложил. Ик, да это вообще был не я. Я ее, наоборот, выкладываю обратно! Зарабатываю, тружусь в поте лица. А эта дура и слушать не стала, ушла, хлопнула дверью. Вот женюсь на рыжей, а эту выгоню.

— Рыжая — это хорошо, — поддержал Инцитат. — Ласточка вон тоже гнедая. Только она в мою сторону и не смотрит. Представляешь, все льнет к Бурану! Его же кроме кобыл и овса ничего не интересует. Зато он белый, сильный и красивый.

А я что? Ни стати, ни хвоста. Я-то думал, это ничего, главное то, что в душе. Стихи ей читал, комплименты делал, а она только ржет и отворачивается. Не нужен ей мой внутренний мир.

— Все бабы дуры, — еще раз резюмировал я. Инцитат согласно похрустел.

— Ничего, Инцитат. — Я похлопал коня по холке. — Вот мы тебя откормим, отпоим, залоснишься лучше Бурана. Все кобылы твои будут. Ик!

Я выпил снова и чуть было самым постыдным образом не рухнул вперед. Но-но-но, гравитация, никто еще не ставил Вика Лазарева на колени, и ты не будешь! От очередной порции алкоголя душа моя требовала вершить добрые дела.

— Ик! цитат, — снова икнул я, — а у тебя есть мечта?

Конь замялся.

— Если вам интересно, милостивый государь.

— Конечно, интересно, мы ведь с тобой друзья, — подбодрил я коня.

— Я хочу научиться читать, — признался Инцитат, смущенно потупившись. — Но это невозможно, увы. Я наделен способностью говорить, но не понимать печатный текст. А мне бы так хотелось... Книги — кладезь знаний и мудрости, но, увы, лошадям они недоступны.

— И всего-то? Я сам буду тебе читать! — возвестил я, чувствуя радость от того, что легко и просто могу кого-то осчастливить. — Вслух! Да прямо сейчас и начну, по памяти.

Я напряг отравленные алкоголем мозги, силясь вспомнить какой-нибудь кладезь поинтереснее. На ум приходили только телефонный справочник и камасутра.

— О, Инцитат, стихи! — возвестил я. — Классика, ик, мировой поэзии. Однажды в студеную зимнюю пору лошадь примерзла...

Я запнулся, поняв, что Инцитат, наверное, обидится.

Конь между тем смотрел на меня с интересом.

— Куда примерзла?

— Забудь. Я тебе другой прочитаю, ик! Только мы с конем по полю... ик!

Тут гравитация все-таки победила, и благородный граф Лазарев рухнул своей благородной мордой прямо в сено.

— Знаешь, Инцитат, ты отличный собеседник, — пробормотал я, чувствуя, как мое сознание куда-то уплывает. — Ты — мой единственный друг! Вот сделаю тебя управляющим вместо Игоря.