Дайте шанс! Том 1 и Том 2

– Заворот кишок получиться может, – дополняет Матрена.

– Типун тебе на язык, говорить такое! – зашипела на кухарку Прасковья.

– Так они же вон, посмотри, считай одного мяса на полтора кило съели!

– Андрей Викторович, вам, по-моему, хватит, – снова настаивает на своем Прасковья.

– Угу… – говорю, а сам отправляю в рот вторую ложку с мороженым.

Очень вкусно. Это нереальный ванильный пломбир с шоколадными крошками.

И что, не осилю съесть порцию мороженого, что ли?

Ох…

Осилил.

Правда, в мучениях, с остановками, спустя минут пять.

Едва закончил, взгляд уткнулся в вазу с конфетами. К ним я еще не притрагивался.

Понимаю, прежняя жизнь закончилась, завтра будет новый стол и новая вкусная еда. И все равно не могу остановиться. Рука так и тянется к вазе с конфетами. Закидываю жменю в карман и лишь тогда успокаиваюсь.

– Большое спасибо, все было очень вкусно, – говорю, а сам встаю из-за стола с намерением побыстрее отсюда убраться, ибо глазами я бы еще ел, ел и ел, а физически уже все, никак.

– А на завтра что приготовить? – спрашивает Матрена и начинает на поднос складывать посуду.

«Что приготовить?» – как же давно я не слышал ничего подобного. Последний раз, когда еще жива была мама.

На минуту зависаю.

Что хочу? Блин… Вот спросила бы до ужина, я бы столько всего напридумывал. А на сытый желудок придумывать не хочется. Нет, ну конфеты с пирожными вот прям однозначно.

А еще…

Глупость, конечно, но еще хочется наесться яиц. Съесть за раз десяток. По утрам в интернате давали по одному, а мне всегда хотелось побольше. Прямо бзик был какой-то. А воровать и отбирать у таких же интернатских, как сам, я не мог. Потому что не тварь и никогда ею не стану.

– Сварите мне десяток яиц.

Женщины переглянулись.

– Десять яиц? – сглатывает Матрена. – А яиц каких: куриных, утиных или перепелиных?

Да е-мое… Нет, ну по десятку каждого вида – перебор. Да и съесть десяток тех же куриных – это реально много.

– По два яйца каждого вида. Этого будет достаточно, – в итоге заключаю.

Женщины с облегчением выдыхают. По-моему, они слишком близко восприняли мой обычный аппетит. Вкупе с началом мясоедения и пробудившейся любви к сладкому – пожалуй, это их даже напугало.

Вразвалочку покидаю столовую, выхожу в холл и дальше направляюсь к лестнице. На душе нереально хорошо.